После разлуки

Свет полуденного солнца заливал пегую равнину, поросшую низким кустарником, сквозь который то тут, то там поднимались стволы редких деревьев. Местами из почвы выступали фрагменты скального массива, растительность цеплялась за их края, карабкалась по трещинам. Некоторые камни скрылись под мхом и травой полностью, но крупные скалы были слишком велики, чтобы уступить натиску живого, и тускло поблёскивали ровной поверхностью камня. На одной из каменных площадок, выровненной ветром и дождями, и стоял наш корабль, упираясь в поверхность тремя мощными опорами. Большинство систем, необходимых для полёта и жизнеобеспечения, было отключено, наружные люки открыты. Здесь, на захолустной сельскохозяйственной планете, которую трудолюбивые представители нескольких гуманоидных видов не успели ещё распахать полностью, дышалось легко. А, поскольку ни для имперцев, ни для мафии она особенного интереса не представляла, тут было удобное безопасное место для рандеву. За долгое планетарное утро мы успели заменить на крыле сенсорную головку, повреждённую попаданием с имперского фрегата, проверить системы. Механики ещё возились в машинном отделении, доводя до блеска силовую установку – маньяки, что с них взять, бортстрелки отдыхали снаружи, на моховой подстилке, в тени, отбрасываемой гранёным корпусом «Амидалы». «Хозяйка» корабля, призрачная Падме, просматривала какие-то новости – на главном проекторе, хотя легко могла открывать их, что называется, в уме. А я сидел в своём кресле и ждал сообщения от «Борца».

Несмотря на то, что прошло уже больше суток, перед глазами всё ещё вставали картины космической битвы. Звезда Айблим, голубой газовый гигант Эндор и девять его лун. Задворки Галактики. Именно здесь разведка обнаружила строящуюся имперцами новую боевую станцию. Причём, наверняка с исправленными недочётами по оборонительному вооружению! На счастье повстанческого Альянса, процент готовности новой Звезды Смерти был гораздо меньше, чем у предыдущей, а флот повстанцев за прошедшие четыре года изрядно увеличился. Требовалось всего лишь – какая ерунда! – отключить генератор защитного поля на Зелёной луне, и дело в шляпе. Однако, по сложившейся уже традиции, реблы опять угодили в засаду. Поле вовремя отключено не было, имперский флот, дежуривший неподалёку в ожидании нападения, прибыл на место и навалился на корабли Альянса. У реблов имелись весьма неплохие крейсера постройки мон-каламари, повстанческие экипажи были решительными и стойкими, но им не хватало выучки. А имперцев было слишком много. Один за другим чудовищные взрывы, ещё более жуткие в своей беззвучности, пожирали боевые корабли, гибли сотнями истребители – расходный материал космической баталии, а защитное поле по-прежнему окутывало недостроенную станцию, не позволяя начать атаку. Среди этой кутерьмы, сполохов турболазерного огня, идущих разными курсами истребителей, ракет и протонных торпед, скользили незримыми тенями, стараясь случайно не попасть под удар, три многоцелевых корабля серии «Мгла», оборудованных устройствами абсолютной маскировки, бесценными стигиевыми ядрами. Моя «Амидала». «Апайлана», отжатая по случаю у имперского Инквизитора. «Близзард», бывшая личная яхта Райта Сиенского, прародительница всей серии. Именно её экипаж трое суток назад подтвердил данные разведки о строящейся станции. Мы обычно не вмешивались в эту войну, как говорится, «двое дерутся, третий не лезь», однако… на сей раз, имперцев, и в самом деле, было слишком много.

Завалить Имперский Звёздный Разрушитель, корабль в форме гранёного наконечника копья длиной более полутора километров, чрезвычайно трудно. Есть единственное средство уничтожить его одним ударом. Ракетоносец-невидимка. Спереди, со стороны днища, угол плюс тридцать шесть градусов по продольной оси, два плазмоида в выем нижнего ангара, затем четыре новых, с тандемным зарядом, протонных торпеды для углубления пролома, и, завершающей точкой – барадиевая противокорабельная ракета в пробитую брешь, чтобы расколоть защитную скорлупу реактора. Но всё это – исключительно в момент, когда разрушитель «раскрылся», погасил щиты и открыл броневорота, выпуская или принимая в ангар малые корабли. Без точного наведения по времени мы тоже ничего бы не сделали. И такое наведение у нас имелось. Мудрейшая Шакти, последний из живущих Магистров Ордена джедаев, расположилась в кресле оператора перед главным голопроектором. На изображение она не смотрела, веки её были опущены, она и так видела поле боя с помощью Силы. И точно подсказывала, к какому из имперских исполинов идут на дозаправку истребители. Эти данные компьютер «Амидалы» короткими пакетами перебрасывал остальным, постоянно меняя частоты передачи. Уже три расплывающихся в пространстве гигантских облака обломков было на нашем счету, три корабля достала «Апайлана», а вот «Близзард» на третьей атаке промахнулся.

— Они поняли! — предупредила Шакти.

— Вызвать наших, мёртвая зыбь, добиваем! — на одном дыхании приказал я.