После лекарства

РЭТ ДЖЕЙМС УАЙТ

«ПОСЛЕ ЛЕКАРСТВА»

Инъектор напоминал мне штапельный пистолет или ту штуковину, которой прибивают доски-сороковки. Я почувствовал дрожь и страх, ледяными шипами впившийся в позвоночник, когда медсестра вонзила мне иглу в пульсирующую вену, тянущуюся от внутренней стороны локтя. В капсуле устройства — голубовато-зеленая жидкость. Я наблюдал за тем, как сорокалетняя медсестра, омоложенная пластическими операциями, нажала на спусковой крючок и вакцина цвета водоросли поплыла по моим венам. Лекарство. Чертов прилив адреналина раскалил мою кровь. Я почувствовал себя суперменом. Проклятое лекарство! Я непобедим! Я буду жить вечно!

Я хотел трахнуть весь мир, включая силиконовую дуру, пергидрольно-блондинистую толстозадую медсестру, похожую на закаленную улицами проститутку на закате своей карьеры. По обеим сторонам ее рта тянулась глубокая линия, которая всегда ассоциировалась у меня с опытными минетчицами. Сейчас, после десятилетий страха и всевозможных мер предосторожности, вроде презервативов и спермицидов, неловких расспросов про бывших любовников и половые связи с ними, для меня все и вся стало трахабельным. Во всем мире была готова вот-вот разразиться сексуальная революция, которая собиралась создать этакую противозачаточную пилюлю, на фоне которой движение за свободную любовь покажется чем-то пуританским. И я намеревался стать частью этого!

— Возможно, вы столкнетесь с рядом побочных эффектов, но они будут не страшнее простуды и насморка. Но если у вас вдруг появятся осложнения — пожалуйста, сразу же наберите нас.

Лекарство представляло собой генетически измененный вирус простуды, мутировавшие клетки которого атаковали и разрушали другие вирусы. Они нападали на ВИЧ, даже когда он находился в лейкоцитах. Без повреждения самих кровяных телец или каких-либо других составляющих человеческого организма. Новый «вирус-каннибал» также имел последующее уникальные свойство — пожирал любую болезнь, которая попадала в тело, вне зависимости от того, будь то ЗППП или обычная простуда. Лекарство от СПИДа и обычного ОРВИ в одном флаконе.

По неизвестной причине мне в мозг вгрызлись мысли о долбежке в задницу с этой старой чикой, и я никак не мог их подавить. Медсестра повернулась, посмотрела на меня и облизнулась. И тут мне захотелось поставить ее раком на кушетку.

— Хочешь меня трахнуть, да? — она голодным взглядом уставилась на мою растущую эрекцию.

— Угу.

— Все в порядке. Я заметила, что вакцина на всех так действует. Закрой дверь.

Этот момент показался мне чем-то из области фантазий. Я едва не споткнулся по пути к двери. Когда я повернулся, она обнажила грудь четвертого размера и задрала юбку по самую талию. Колготки тянулись от лодыжек. Она протянула одну руку к моему поясу, другую — к змейке на джинсах. Через пару мгновений мои штаны были спущены до колен, а член бороздил по ее глотке.

Медсестра сосала с таким чавканьем, с каким новорожденный терзает сосок матери. А вытащив пенис изо рта, начала облизывать его сверху вниз, не забывая ласкать мои яички и свою киску. Затем мой член снова оказался у нее во рту. Я смотрел, как каждый его дюйм исчезал внутри, и чувствовал, как ее язык накручивался на головку. У нее явно был талант. Казалось, я вот-вот взорвусь. Я нагнулся и поднял ее на ноги. Затем повернул к себе спиной и уложил на стол для обследований. Моя рука скользнула в карман джинсов и выудила оттуда пачку презервативов. Она, вдруг повернувшись, выхватила их и отбросила куда подальше.

— И на кой черт они нужны? Ты же под противоядием, не помнишь? А я под пилюлей. Жажду ощутить тебя в себе!

Мысль о том, что мы сделаем это без презервативов, усилила мою эрекцию. Я навалился на медсестру и, просунув член в ее узкую киску, потянулся и обхватил огромные груди. Ощутив ее сочащееся влагалище, мой член разбух еще сильнее. Эта женщина потрясающе владела мышцами. Она сжимала член влагалищными мышцами, словно хотела подоить его. Мои яйца бешено ударялись об огромную круглую задницу, когда я старался заехать в матку медсестры. Она была одной из тех штучек, что засовывали себе ткань в рот, чтобы не кричать громко. Но, бьюсь об заклад, ее стоны слышались и в коридоре.

Когда она кончила, стенки ее дрожащего влагалища затиснули мой ствол. К этому моменту ее стоны стали чертовски громкими. Уверен, вся больница знала, чем мы тут занимались. Я вытащил склизкий от ее соков член и засунул его ей в анус. Ох, она издала такой неистовый звериный звук, когда я утонул в ее морщинистой заднице. Она массировала пальцами клитор, а я входил в нее бешеными толчками. Через пару секунд она кончила снова. Ее сфинктер затянул мой член глубже, и, о Боже, это чувство было неописуемым! Кровь прихлынула к моей голове, и на миг я забоялся, что вот-вот потеряю сознание.

— О Боже, милый. Я и не знала, что твой огромный старичок сможет завести мою задницу. Давай еще разок!