Поросёнок-чистюля (СИ)

На огороженном косогоре, среди густой травы, пасся толстенький поросёнок. Он был чистый и румяный. Сверху у малыша свисали треугольные ушки, сзади завивался хорошенький хвостик. Ножки заканчивались раздвоенными копытцами – в них было удобно бегать по земле. Самое красивое было у поросёнка спереди – его мягкий розовый пятачок. Малыш рыл им землю и постоянно что-то искал.

Вот растёт гриб-дождевик – надо его попробовать на вкус! Рядом раскинулась дикая яблоня. А под ней столько яблочек! Поросёнок аккуратно подбирал все фрукты, ягоды и коренья, что находил вокруг. Малыш был всеядным и хорошо кушал, не капризничал.

По косогору протекал небольшой ручеёк. Любимым занятием поросёнка было лечь по центру ручья своим толстым брюшком и плескаться в воде. Вода омывала его слева и справа, смывая налипшую грязь. Оттого прозвали его поросёнком-чистюлей.

– Все поросята любят чистоту, – пытался объяснить он окружающим. – Просто не у каждого есть такой замечательный ручеёк.

И действительно, находиться в воде в жаркие дни было особенно приятно. Летнее солнце припекало, а прохладный поток омывал бока и лапки. В такие моменты поросёнку завидовали все: и запертые в конюшне лошади, и козы, что паслись на соседнем участке, и кусты крыжовника, которые не дотягивались корнем до влаги. Только шаловливым воробьям было хорошо. Они подлетали к ручью, садились возле поросёнка и пили воду мелкими глоточками.

Один из воробьёв и вовсе осмелел. Набравшись храбрости, он уселся прямо на спину поросёнку-чистюле и начал по ней топтаться. Воробушек чувствовал, что поросёнок добрый и не прогонит его.

Так и случилось. Поросёнок только хрюкнул от удовольствия и продолжил, как ни в чём не бывало, лежать в воде.

Вокруг была благодать. Ветер тихо колыхал луговые травы. Издали слышались сладкозвучные трели щеглов. Небо сияло синевой и безмятежностью.

Вскоре открылась калитка в ограде, и к поросёнку подошла девочка Наташа.

– Ох ты ж, моё порося, мой толстенький карапуз, – стала она ласково приговаривать, поглаживая поросёнка за ушком. Малыш улыбнулся и повернулся на бок, подставляя своё брюшко.

Наташа очень любила поросёнка и играла с ним, как с ребёнком. А он чувствовал любовь девочки и тыкался пятачком в её руки, пытаясь то ли нежно укусить, то ли поцеловать. Руки тут же становились мокрыми от слюнявого пятачка.

Наташа заботилась о поросёнке и каждый день его кормила. Для этого она отбирала самую лучшую шелуху от картошки и самую сочную ботву с огорода. Всю еду девочка промывала в воде, чтобы поросёнок ел только чистые продукты и не заболел. Недоеденный суп малыш тоже съедал с большим удовольствием, смешно тыкаясь пятачком в миску. Ну а тем детям, у которых нет поросёнка, весь суп следует доедать самим!

На спине у поросёнка росла мягкая щетина. Малютке нравилось, когда его спину чесали, так как сам он достать дотуда не мог. Как назло, надоедливые комары кусали именно туда, в самое неподходящее место.

«Лошадке хорошо, – думал малыш, – у неё есть грива и длинный хвост. Есть чем отмахнуться от насекомых. А мне что делать?» В таких случаях поросёнок валялся по земле, чтобы мошки от него отстали. А потом непременно купался в ручье, ведь он был чистюля.

Однажды вместо Наташи миску с едой поросёнку принесла её мама. Это же повторилось на следующий день и через день. Поросёнок стал волноваться: «Где же Наташенька, почему не приходит?» Еда из других рук казалась не такой вкусной, а дни не такими радостными. Взрослая женщина не чесала его за ушком и не играла с ним.

А Наташа в это время была в райцентре, ездила к тёте погостить на неделю. Все её подружки уже давно переехали в крупные города вместе с семьями. Но Наташа была другого мнения и не хотела уезжать из деревни. Здесь она выросла, здесь её родина, а главное – тут жила её любимая бабушка. Все скатерти в доме, полотенца и салфетки были вышиты её умелыми руками.

Так же считали и родители девочки:

– Что мы будем делать в городе? – рассуждали они. – Мы люди простые, иностранных языков не знаем, столичной моде не обучены. Зато честные и трудолюбивые. Сами не обидим и других в обиду не дадим. Да и по хозяйству легко управимся, ведь только на себя привыкли полагаться. А в городе что за люди? Курят, ругаются, завидуют друг другу; вместе живут, а детей не рожают.

– Верно-верно, – согласилась бабушка, сидя у окошка с вязанием в руках. – Тамошние девицы даже пуговицу пришить ленятся. И мужья у них голодные ходят. Другое дело наша Наташенька: она и в доме порядок наведёт, и в огороде поможет, и на столе у неё всё аккуратно разложено. А поросёнка своего вон как кормит, каждый день приносит ему что-нибудь вкусненькое, – улыбнулась бабуля.

– Да, наша дочка красавица, завидной невестой будет: скромная, добрая и внимательная, – отметила мать. – Только где ей жениха хорошего найти, когда вырастет? Чтобы не пил и заботился о ней. Ведь наши парни все на заработки уехали – кто в столицу, кто за границу. Чужим людям дома строят, а в деревне родительская хата едва не валится.