Порочный - 2

Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.

Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...

Бесплатные переводы в нашей библиотеке

BAR "EXTREME HORROR" 18+

https://vk.com/club149945915

Пocвящaетcя Вито

Сознание вернулось с ледяной медлительностью, казалось, что между первым моментом смутного осознания и полным осознанием прошли целые века. Поначалу ее восприятие вещей было рудиментарным, начиная с того фундаментального факта, что она была еще жива. В противном случае ей бы не было так больно. Ей казалось, что её голову раздавливает гигантский груз. У нее болела челюсть, болели колени. Все это указывало на то, что, либо её избили, либо она упала с лестницы. Она чувствовала некоторый дискомфорт во всех конечностях, но в этом была и положительная сторона – по крайней мере она ещё жива. Она была побита и в синяках, но кости были целы.

Ее лицо было прижато к чему-то холодному и твердому. Она чертовски надеялась, что это не бетонный пол камеры. Когда через несколько мгновений она заставила себя открыть глаза, боль в ее голове увеличилась примерно в тысячу раз, но ее успокоило то, что она увидела. Она лeжала на деревянном полу в чьем-то доме или квартире. То, что она не попала в тюрьму, было хорошей новостью. Но были и не очень хорошие новости. Пол был грязный, и периферийным зрением она могла видеть сугробы пыли. Также поблизости стоял стол с коваными ножками, нижняя сторона которого была особенно отвратительной. В дополнение к сугробам пыли она увидела крышки от бутылок, кусочки различных видов еды, несколько неоткрытых почтовых отправлений и использованный тампон. Оранжевый, полосатый кот грыз тампон, глядя на нее обычным кошачьим взглядом.

То, что она, по-видимому, потеряла сознание на полу какой-то жалкой лачуги, не было основной плохой новостью. Просыпаться дезориентированной и растерянной в каком-то незнакомом месте не было для неё в новинку. Такое случалось не раз. Это было достаточно плохо по разным причинам, но на этот раз еще больше усугубило то, что осталось вне досягаемости ее памяти.

Что-то важное.

Она должна была…

Она нахмурилась.

Что? Что я должна сделать?

Джессика Слоaн отчаянно стонала, пытаясь вспомнить, что произошло.

Она была в глубоком штопоре с тех пор, как ее уволили из армии чуть больше недели назад. Время ее службы закончилось на гнилой ноте, и ей было трудно приспособиться к гражданской жизни. Во многом это было вызвано глубоким чувством разочарования по поводу того, как сильно она все испортила. Только самый большой кусок дерьма мог обвинить ее в том, что она выпустила пар.

За исключением того, что она пообещала своему капитану отцу, что постарается остаться трезвой в течение дня или двух, когда вернется домой. Это было то, о чем она забыла. Джессика снова застонала. Иисусe. Он хотел помочь ей разобраться в некоторых вещах и продумать ее следующий шаг. Джессика не была уверена, что еще многое предстоит сделать, по крайней мере, в краткосрочной перспективе, но недолгое время посмеяться над отцом - меньшее, что она могла сделать. Oтeц несколько раз дергал ее за ниточки, не раз спасая ее задницу. Она подвела его. Он слишком сильно ее любил, чтобы когда-либо выйти и сказать это, но правда была в том, что он разочаровался в ней.

А теперь казалось, что она намеревалась еще больше его разочаровать.

Блядь.

Джессика уперлась ладонями в грязный пол и с громким кряхтением от напряжения приподнялась. На ее лбу выступил пот, а руки дрожали от физического напряжения. Это ее пристыдило. Вся эта жecткая армейская подготовка мало что значила перед лицом похмелья этой эпопеи. Ее живот трепетал и издавал звуки, наполнявшие ее дурными предчувствиями. Прикосновение тошноты в глубине ее горла не уменьшило этого чувства. Какую бы дерьмовую еду в баре она ни проглотила в предрассветные часы, скорее всего, она не остановится.

Встав на колени, она протянула руку и ухватилась за край стола. Поверхность стола была завалена мусором, как и пол под ним. Пустые и частично пустые пивные бутылки заполняли большую часть пространства, не занятого неоткрытой почтой. На краю стола стояла бумажная тарелка с буррито для микроволновки. Кто-то откусил в общей сложности один кусок от угла буррито, прежде чем бросить его. При виде этого у нее снова зловеще заурчало в животе.