Попутчики

Военный исправительный лагерь в Северной Каролине 17 лет назад

Трою Донавану обрили голову и отослали его в исправительную школу. Ему тогда было всего пятнадцать лет.

Может ли жизнь так поворачиваться задом? Еще как! В дальнейшем он не раз убеждался в этом.

Топчась на входе в казармы, Трой Донаван искал глазами свою вешалку. С дюжину коек были заняты парнями с такими же бритыми головами, как у него, — еще одна победа старого доброго папаши, избавившего сына от длинных волос. Кто еще посмеет поставить могущественного доктора Донавана в неловкое положение? Не говоря уже о том, чтобы сделать это достоянием общественности, как и случилось, когда сына знаменитого доктора уличили во взломе компьютерной системы министерства обороны.

В результате Троя доставили в тюрьму, вежливо именуемую частной военной школой, скрытой в холмах Северной Каролины. Именно к подобному соглашению пришел его собственный отец и судья в родном штате Виргиния. Противясь желанию высунуть кулак сквозь решетки, Трой крепче ухватился за свой костюм.

К черту все это! Трою совсем не по душе, чтобы от него избавлялись, как от чего-то постыдного. Если бы решение было предоставлено ему, он бы предпочел колонию для малолетних или даже тюрьму. Он согласился с решением судьи только ради матери. Школу ему предстояло оканчивать в этих стенах, но если его отметки будут на уровне, а сам Трой не влипнет ни в одну историю — до того, как ему исполнится двадцать один год, — он сможет вернуться к прежней жизни.

Теперь ему осталось только выживать здесь и надеяться — его мозги останутся при нем.

Койка за койкой, он подошел к последнему ряду, где на ножке кровати висела табличка «Донаван Т. Е.». Трой скинул вещевой мешок на пустую нижнюю койку. С верхней тут же свесилась нога в начищенном ботинке, и кто-то саркастически протянул:

— Значит, ты и есть Робин Хакер-Гуд? Добро пожаловать в ад!

Отлично!

— Спасибо. И не называй меня так.

Когда история о его «подвиге» появилась в прессе под заголовком «Робин Хакер-Гуд», Трой сразу возненавидел данное ему прозвище. В прессе также не обошлось без влияния отца, сделавшего все возможное, чтобы приуменьшить значимость коррупционного скандала с участием правительства. Ведь именно благодаря усилиям его сына-подростка об этом и стало известно.

— Что случится, если я буду звать тебя так, как хочу? — продолжал издеваться паренек сверху, на табличке которого значилось «Хьюз К.Т.» — Ты стащишь с моего счета деньги, гений?

Трой встал на цыпочки, чтобы убедиться — ему не придется спать под сатанинским отродьем. Отродье носило очки и читало «Уолл-стрит».

— Насколько я понимаю, ты не знаешь, с кем имеешь дело. — Хьюз резко перелистнул страницу и снова скрылся за газетой. — Неудачник! — презрительно бросил он.

Неудачник?

Ладно, спокойно. Трой знал: он просто гений — достаточно взглянуть на результаты его тестов. Правда, родителям было все равно. Его старший братец покуривал травку и бегал за девушками из группы поддержки. И его с треском выкинули уже из второго колледжа. Вот братец конченый неудачник, но их отец так не считал — подобные проблемы он легко решал с помощью денег.

Гораздо сложнее было скрыть, что его младший сын нелегальным способом выявил коррупцию в министерстве обороны, указав на связанных с этими контрактами двоих конгрессменов. В глазах отца Трой совершил непростительный проступок, поставив своих родителей в неудобное положение перед друзьями. Поэтому его сравнение с Робином Гудом было совсем неуместно.

Трой раскрыл вещевой мешок с униформой и нижним бельем, стараясь не смотреть в маленькое зеркало на бельевом ящике — иначе можно было ослепнуть от света, отраженного от его блестящей, наголо бритой головы.

Если бы только у него был компьютер! Психотерапевт, назначенный судом для оценки психического состояния Троя, выявил у подростка проблемы в общении с людьми. Виртуальный мир заменил ему реальный.

Этот последователь Фрейда был прав. И вот сейчас Трой оказался в битком набитом людьми кошмарном бараке. Это все равно что оказаться в аду…

У Троя не было возможности поискать в компьютере данные о малолетних преступниках, с которыми он очутился под одной крышей. Согласно решению судьи, ему разрешалось пользоваться Интернетом только под присмотром наставников и только в учебных целях.

Трой плюхнулся рядом со своим мешком. Нет, должен быть какой-нибудь выход, чтобы выбраться из этого места!

Нога сверху перестала качаться туда-сюда, и появилась рука, принадлежащая мистеру Уолл-стрит, — она сжимала игровой пульт.

Не совсем компьютер, но уже что-то электронное! Часть души Троя, которая не мыслила себя без электронных штучек, воспарила. Схватив приставку, он завалился на койку. Мистер Уолл-стрит-Хьюз обошелся без ехидного замечания, не обронив ни слова.

Трой решил: «Парень, может, не так уж и плох. И на этом спасибо».