Попробуй только раз

Эрик Вэйл смотрел на кабинет своего босса. Дверь была закрыта, но он знал, что там происходит. Он нисколько не сомневался, что Кайл Хоторн рассказал своему отчиму последние новости. Вопрос был в том, как воспримет эти новости Шон Таггарт — хорошо или плохо.

Может быть, сейчас не время, чтобы просить своего начальника об одолжении.

Дверь на кухню открылась, и появилась причина его беспокойства. Дина Холмс. Она уже переоделась для работы — в белую рубашку и черные слаксы, которые носили все официанты. Ее темные волосы были собраны в аккуратный пучок, макияж сделан в сдержанных тонах. Хотя ей он был вовсе не нужен. Девушка была прекрасна благодаря естественной красоте. Она была бы идеальна голой с волосами, рассыпавшимися по ее плечам, и без макияжа. Не то чтобы он видел ее обнаженной, разве что в своих мечтах. И если он не попросит босса об услуге, то, вероятно, никогда и не увидит.

Дина недавно вернулась к своему естественному цвету брюнетки. Ему нравилось, когда она была блондинкой, но с темными волосами девушка была просто ошеломляющей.

— Привет, Эрик, — сказала она, широко улыбнувшись, — как ты сегодня?

Так мило. Такая вежливая. Она одаривает его своей сияющей улыбкой каждый день на протяжении года, и ровно столько же отшивает его вежливыми оправданиями. Он уже почти сдался. Возможно, она была такой вежливой и сияющей со всеми. Девушка, которая озаряла комнату и своим присутствием заставляла всех чувствовать себя счастливыми и в домашней обстановке. Эрик практически убедил себя, что она та самая девушка, которая будет добра к чуваку с сединой и со шрамами, но в конечном итоге все закончится тем, что она останется с красивым адвокатом.

Пока он, наконец, не понял, что ее красавец адвокат оказался подонком, который разрушил ее жизнь, и ей был нужен чувак с сединой, который за ней присмотрит. Он может не иметь какой-нибудь модной степени, но он не был мерзавцем, который позволит своей жене работать, надрывая задницу, чтобы оплатить его же обучение, а потом свалит к другой женщине из своей же фирмы.

Эрик будет относиться к ней справедливо. Он будет заботиться о ней так, как ей необходимо.

— Я в порядке, дорогая. Как ты?

Он хотел подойти к ней, поднять ее на руки и поприветствовать должным образом, но сейчас для этого было неподходящее время.

Ее глаза расширились от нежности. Он не говорил так раньше. Дина прекрасно с этим справилась, ее улыбка едва дрогнула.

— Я, как всегда, великолепно. Посмотрела меню на сегодня. Не могу дождаться.

Все они садились за ужин после того, как было завершено обслуживание. Это было одно из преимуществ работы в «Верхних» — изысканные блюда каждый вечер.

Действительно ли это была единственная еда, которую она получала? Он видел кухню в ее аккуратной, но маленькой квартире. Там было очень мало места. Девушку тогда нужно было подвезти до работы, потому что ее машина сломалась. Она попросила его? Конечно же, нет. Она попросила Тиффани. Он сумел сделать так, чтобы первым появиться на пороге ее дома, когда Дина закончила собираться. Он шпионил.

Он также узнал, что она ненавидела, когда продукты лежали не на своих местах, или когда у нее не было денег, чтобы купить их. Также узнал, что, судя по всему, в свободное время она развлекалась тем, что вырисовывала его имя на бумаге. Он нашел записную книжку на обеденном столе с какими-то телефонами и всякой информацией, и его имя было обведено Сердечками.

Парень чувствовал себя, по меньшей мере, сталкером.

Он не был им. Дина еще не знала об этом, но он был рыцарем в потускневших доспехах, ждущим принцессы, которая должна проснуться. Это было хорошим знаком. То, что она вырисовывала его имя, было хорошим знаком. Из того, что он мог сказать — она была полностью закрыта после развода. Девушка ни с кем не встречалась, не заводила случайных бездумных связей, хотя это не беспокоило его. Она могла бы заигрывать с целой футбольной командой — ему было бы все равно. Девушка заслужила, чтобы повеселиться после того, что пережила. Теперь казалось, что она была готова, но тоже время была закрыта. Любое удовольствие, которое девушка собиралась испытывать теперь, будет связано с ним.

— Я прослежу, чтобы тебе досталась грудинка энчиладас¹. Мне известно, как сильно ты ее любишь.

В «Верхних» подается одна вкуснятина. Грудинка энчиладас, что он ей предложил — одно из таких блюд, и ему нравилось наблюдать, как она им наслаждается.

— Спасибо, — она пыталась не встречаться с ним взглядом.

— Ты идешь сегодня отдыхать после смены?

Он чертовски хорошо знал, что она не пойдет. Ему просто хотелось, чтобы она рассказала о своих планах.

Малышка прикусила нижнюю губу.

— Нет. Не сегодня. У меня еще есть некоторые школьные дела.

Маленькая лгунья. Он кивнул ей.

— Надеюсь, что ты справишься. Дай мне знать, если я чем-то могу помочь тебе.

Она улыбнулась.

— Знаешь что-нибудь о бухгалтерском учете? Поскольку у меня скоро тест, меня это убивает.