Поперечная навигация

Тимоша лежал на берегу реки Самарчук, читал книжку. Рядом были мостки из неструганых досок, позеленевших от воды. К свае была привязана старая лодка с пробитыми конопатью щелями и густо залитая смолой.

Принадлежала лодка Тимоше. Досталась еще от деда.

Тимоша совершал на ней путешествия по реке. Но теперь большую часть времени читал. Это случилось с тех пор, как в деревню приехала работать Зося, веселая Зося-библиотекарь.

Она всегда советовала Тимоше, какую книгу взять, в каком журнале прочитать о светящихся красках, о самой редкой и дорогой почтовой марке в мире, о новом музыкальном инструменте — экводине, о вертолетах-такси, о посадке семян по бумаге.

И Тимоша, как только начинались летние каникулы, каждый день отправлялся на берег Самарчука, устраивался в зарослях лещины, подле мостков, и принимался за чтение. Тут мать не донимала просьбами: напои кур, выпусти гусей, покорми ботвой поросенка. Тимоша мог исполнять мужскую работу, которую исполнял отец, когда был жив: вытянуть из колодца воды, напилить дров, подколотить в швах железо на крыше, чтобы крыша не текла. А гуси, куры, поросята — это он не любил. Брал книжку и убегал на реку.

К реке на мостки приходили хозяйки с коромыслами. На коромыслах — соломенные корзинки с бельем для полоскания.

Топоча голыми пятками, прибегали мальчишки и плюхались в воду. Хозяйки стегали их мокрым бельем, чтобы не мешались под руками и не баламутили воду.

— Тимошка! — приставали мальчишки. — Как мы плаваем?

— На втором месте, — не отрываясь от книги, отвечал Тимоша.

— Все на втором?

— Да. Все.

— А почему на втором?

— На первом топор.

Мальчишки обижались:

— А ты, Тимошка, и не моряк вовсе, а рекак! — Они подпрыгивали в мелкой воде. — Ре-как! Ре-как!

С противоположного берега раздавался крик:

— Тимоша! Эгей! Где ты, Тимоша!

Дорога из города в деревню шла в объезд. Но через Самарчук добираться было удобнее и ближе. Хотя никакой дороги и не было, а просто набилась тропка сквозь лес к отмели.

Колхозники просили правление устроить регулярную переправу. Но в правлении говорили, что свободные на балансе деньги должны пойти на ремонт дороги. И вопрос о переправе откладывался с месяца на месяц.

Тимошина лодка с весны была у мостков, и сам Тимоша — с книжкой на берегу реки. Кто спешил в город, приходил к реке и просил перевезти.

Тимоша прятал под рубаху книжку, садился за весла.

Работа перевозчика была Тимоше в охоту. Он любил реку.

Глянешь с лодки в глубину, а там светло и видно, как висят корни кувшинок, шныряют жуки-полоскуны, качаются на буграх длинные путаные травы. Летний рябой дождь сморщит воду, и уже ничего не видно. Только слышно, как шелестят, лопаются на воде пузыри. После дождя всплывет рыба и начнется поклевка. Или вдруг наскочит ветер и погонит волну. Поднимет, завихрит донные пески, накидает в реку березовых листьев. А вечером звезды желтые нитки на воде натянут. Захрустят в тростниках птицы, укладываясь спать. А лягушки, наоборот, проснутся и закричат об этом на всю округу.

На реке вырос Тимошин отец, выросли деды и прадеды. Рос и Тимоша.

Сейчас Тимошу звала Зося.

Тимоша отвязал от столба лодку, вложил весла в уключины и поплыл.

Зося была на велосипеде. К раме и багажнику велосипеда были прикручены веревкой пачки книг. Зося ехала из города, из библиотечного коллектора, везла новые книги.

Тимоша помог Зосе втащить в лодку велосипед с книгами, и лодка заскользила обратно к деревне.

Зося сидела на корме и, щурясь от солнца, говорила:

— Достала книгу о Чкалове, Джека Лондона про Смока Беллью и Малыша. Помнишь, я тебе рассказывала о Малыше и Смоке? Они мыли золото на ручье Индианка.

Тимоша кивнул.

— Еще достала «Занимательную физику», «На краю Ойкумены» Ефремова, «Сын полка», «Золотой жук».

— А про Оливера Твиста?

— Обещали. А если не достанут, я напишу в Москву, в центральный коллектор или в магазин «Книга — почтой». Ты не беспокойся.

Когда причалили к мосткам, там уже стояла доярка Анюта в легком нарядном платье, в туфлях на тонких гнутых каблуках; губы тронуты помадой.

— Тимошенька, свет ясный, перевези! Боря в городе ждет. Опаздываю. Билеты в кино купил. «Тихий Дон», вторая серия.

Анюта впрыгнула в лодку.

— Ах! —Тонкие каблуки подвернулись, и Анюта свалилась на скамейку.

— Тоже мне! — буркнул Тимоша. — Еще бы потоньше нацепила!

— Ничего не поделаешь, Тимофей Иванович, мода. Сеанс в три сорок. Конечно, не поспею. Мотор бы ты какой привесил, что ли, а то все на веслах шлепаешь.

Анюта в волнении достала из рукава платочек, смяла в пальцах. В лодке запахло духами.

Только лодка ткнулась в песок, как Анюта, чмокнув Тимошу в щеку, выпрыгнула на берег. И опять — ах! — подвернулись каблуки.

Анюта сбросила с ног туфли, схватила их и побежала в город.

Тимоша сердито тер щеку — испачкала еще помадой! — и глядел вслед убегающей босиком Анюте. Решил остаться на этом берегу: все равно кто-нибудь подойдет из города.

Тимоша вынул из-под рубахи книжку и лег в тень около лодки на песок.