Попала! Замуж за злодея (СИ)

Кристина.

Дурацкий ливень зарядил с самого утра. Еле продрала глаза. Налила в термокружку двойную порцию кофе. Пирсинг в носу, ушах, бровях. Чёрные тени, стрелки, двойной слой туши. Кожаные штаны, толстовка с капюшоном, ботинки на толстой подошве. За личиной неформалки никто не станет искать потомственную ведьму, что крайне удобно.

Спрыгнула со ступеньки автобуса прямо в лужу. Сквозь лысые верхушки деревьев и железный забор проглядывало серое здание краевой больницы. Машенька, Машенька, когда уже я заберу тебя отсюда?

Кивнула знакомой медсестре на посту и сразу прошла в палату. Размеренное пиканье аппаратуры, трубочки, датчики, и лучшая подруга, совсем прозрачная и худенькая. Опустилась на стул возле кровати и коснулась рукой плеча в голубой больничной сорочке:

— Привет, родная!

Веки чуть дрогнули, Машенька открыла глаза и улыбнулась:

— Крис! Это ты!

— Я! Кто же ещё! Как твои дела?

— Всё хорошо.

Всё хорошо! У неё всегда всё хорошо! Когда крадут кошелёк. Когда машина окатила водой из лужи. Когда муж сбегает к беременной любовнице. Когда сжирает изнутри болезнь и вредные лекарства, без которых никак.

Отвела глаза и шумно выдохнула. Я не хотела, просто отказывалась замечать очевидное: ей хуже! Хуже, едрит твою налево! Сглотнула с усилием и взяла с тумбочки книгу. Так, нам обеим надо отвлечься, сменить тему. Что тут у нас?

Знакомый увесистый фолиант. Провела кончиками пальцев по серебристому тиснению. Опираясь на меч, с обложки на меня смотрел мрачный рыцарь. Позади него парочка: блондин в военном мундире, взирающий со спокойным достоинством и шатенка в голубом платье. «Чёрный свет» — гласило название. Новый фэнтези-роман, книжный бестселлер, открытие года. Я сама принесла его Маше, чтобы она могла, хотя бы иногда, забыть о больничных стенах, погружаясь в мир любви и магии.

— Как тебе книга? — сжала прохладную ладонь подруги.

— Шикарно написано.

— Да?

— Ты же читала! — смотрит с мягкой укоризной.

— Ну, и что, хочу узнать твоё мнение. Принц Эйдан бесподобен, Алисия правильно сделала, что выбрала его, а не злобного Даркнайта.

Маша в ответ загадочно улыбнулась и прошептала:

— У нас с тобой всегда разнились вкусы на мужчин.

— Чегооо? — протянула удивлённо и потрясла в воздухе книгой. — Хочешь сказать, тут есть варианты?

Маша пожала плечами:

— Хочу сказать, что Даркнайту не дали шанса. Всё было против него, он не виноват, что стал таким. Ему не оставили шанса.

Вот ведь добрая душа, опять она за своё!

— Он предал всех и повёл шепчущих на свой народ! Не надо его оправдывать, потому что у предательства оправдания нет!

— Если бы его жена Мэрион не умерла, если бы его возлюбленная Алисия не оказалась гордячкой и снобкой — кто знает, как сложилась бы жизнь Даркнайта?

— Нет, вы это слышали?! — я даже встала. — Поражаюсь твоей способности оправдывать разную лютую жесть! Маша, он повёл монстров на свой народ, ау! На тех, с кем сражался бок о бок, на женщин и детей. Он предал тех, кому был господином, кого клялся защищать, кто верил ему безоговорочно!

— Значит, у него были на то причины.

— Как и у твоего муженька — предать тебя! Его ты тоже вечно оправдываешь!

Брякнула и тут же прикусила язык. Вот чёрт, вырвалось! Терпеть не могу эту трусливую крысу! Маша нахмурилась и непонимающе на меня уставилась:

— При чём тут Сергей? Мы же про книжку говорили?

— Забудь! — села обратно, погладила её руку и всмотрелась в глаза. — Зря я это сказала, прости. Просто я придушить готова этого гада за то, что он бросил тебя в такой момент.

— Перестань, Крис, — умоляюще смотрит, и я не могу противостоять её взгляду. — Я не держу на него зла, значит, и ты не держи. Я рада, что у него всё хорошо и давай больше не будем об этом. Так что там с книжкой?

— А что с книжкой? Мэрион жаль, бедняжка так мучилась в родах, и всё напрасно! Даркнайт повержен и уничтожен, так ему и надо, собаке! Принц Эйдан и Алисия красавчики, спасли мир, заслужили «долго и счастливо»! Хэппи энд!

— Такой себе счастливый конец, — поморщилась Маша, но спорить не стала, лишь прикрыла глаза и содрогнулась от приступа боли.

Я тут же подалась вперёд:

— Плохо, родная? Сейчас, я позову доктора, я мигом!

Почти час я мерила шагами больничный коридор, ломая руки и кляня на чём свет стоит, свой дурной язык. Вот зачем я ляпнула про её грёбанного муженька, зачем? Точно ведь из-за этого засранца ей поплохело. Дура я, ой дура!

Метнулась к вышедшему из палаты доктору и с надеждой всмотрелась в его лицо с молчаливым вопросом. Серьёзный мужчина лет сорока в очках мельком взглянул на меня и спросил:

— Родственники есть?

— У неё только я.

— Вы уверены? Выясните на всякий случай. Пусть бросают всё и едут прощаться, у них пара дней максимум.