Попала и попалась

Никогда, слышите, никогда не ходите в гости к соседу! Даже если он молод, красив, богат и одинок, даже навеселе под подзуживания подруг!

Роскошный поджарый брюнет с привлекательным именем Марк не так давно поселился за соседней дверью на моём этаже. Выкупил квартиру, которую не могли продать сколько я тут живу, навёл в ней марафет – причём быстро и почти безболезненно, не разводя ночные барабанные бои перфораторов с дятлами. Моментально понравился приклеенным к скамейкам бабулькам и прописался во все разговоры с моими подружками. Ни дня не проходило, чтобы кто-нибудь из них не поинтересовался, как там Марк, поднёс ли мне сегодня кулёк с яблоками и не предложил ли куда подвезти.

Марк навязчивостью не отличался, позвонил в мою дверь лишь однажды, когда – и тут мои подруги запищали, – подобрал на улице котёнка. Обратился ко мне как к ветеринару и даже пытался заплатить!

От денег я, разумеется, отказалась, даже за лекарства не взяла – дома всегда есть набор первой необходимости. Девчонки же, прикатив вечером на кофе с тортиком и не без коньячка, так и подзуживали: «Что с котёнком?» да «Как там Марк?».

– Какой котёнок?! – возмущалась чуть подвыпившая и самая боевая из нас Катька, воинственно размахивая полупустым бокалом. – Попроси соли, это всегда работает!

– Какая соль, это так банально, – кривилась Машенька, вечно мнящая себя беременной, потому почти не пьющая. – Котёнок хоть по делу!

– По делу – презервативы! – отрезала Катька.

Разгорячённая их советами и подначиваниями, я решительно распустила сколотые в хвост кудри, дунула на непослушную чёлку и направилась к двери.

Тёплым субботним вечером сексуальный красавец Марк оказался дома, и уже одно это должно было насторожить! Но душка, приютивший котёнка, не мог сделать ничего дурного, а если бы и мог – за стеной меня ждали подруги, уж они-то наверняка подняли бы бурю.

– Пэт! – улыбнулся мужчина, пропуская меня внутрь.

– Я на минуточку… хочу узнать, как малыш. Вы уже решили, как назовёте?

Я с любопытством шагнула вперёд, выискивая пушистый комочек, сзади хлопнула дверь. От резкого звука вздрогнула, почему-то вдруг сделалось неуютно. Глаза Марка сверкнули с удовлетворением. На миг померещилось, будто стены исчезают, проявляя древний сырой камень.

Приложив руку к виску, я качнула головой. Аспирина, что ли? Хотя не такое уж у меня и похмелье, и голова не болит. Может, сразу галоперидола?

– Где он? – подняла я голову к мужчине мечты, досадуя на собственное состояние. Может, это всё от волнения?

– Сейчас узнаешь, – он сделал шаг ко мне, всматриваясь, будто желая что-то найти или понять для себя.

На миг я куда-то провалилась, нарастал шум в ушах, показалось, меня ведут тёмными мрачными коридорами… С усилием разлепив глаза, попыталась шагнуть назад:

– Извините… – слова застряли в горле, я утопала во взгляде, не в состоянии выкарабкаться. Крепкие руки обхватили, прижали к себе, и, не будь всех этих странностей, волнений и галлюцинаций, я растаяла бы от присутствия красавчика и его сводящего с ума запаха, обаятельной улыбки и этих бездонных глаз. Уже не карих, чёрных скорее, раскрывающих передо мной целую пропасть.

– Да. Ты.

– Что вам от меня надо? – не знаю, вскрикнула ли я, или только попыталась, реальность слоилась, оплывала, затягивая меня в неизвестность. Может, я чего-то нанюхалась? Мысленно принялась перебирать препараты, которые могли бы дать такой эффект.

В ноги что-то ткнулось, скосив глаза, я увидела гибкую рыжую кошачью спину, хвост. С удивлением обнаружила, что там, внизу, вовсе не котёнок – огромный, наглый зеленоглазый котяра.

– Ты должна… найти… излечить… – слова распадались где-то в слуховом проходе, не доходя до мозга, впрочем, как и картины до глаз. Я лишь впитывала их, не понимая. Кого найти? Кого вылечить? Как?

– Используй в самом крайнем случае, – змеился искушающий голос, ложась бархатным налётом на руку, мне бы мою сумочку, в которой всегда заготовлена пара таблеток, или веретинарский саквояж, или…

Это была последняя мысль, после которой я резко ухнула в неизвестность.

– Надеюсь, эта рабыня вам понравится, мой повелитель…

Тихий, вкрадчивый голос заставил очнуться, сжаться в напряжении.

Я лежала в огромной кровати посреди огромного же, какого-то прямо средневекового зала, и не могла пошевелиться. В голове мутилось, разум отказывался верить в происходящее, всё выискивал рациональное объяснение.

Меня накачали наркотой? Где я? И что за странная одежда: вместо привычных джинсов с тонкой трикотажной безрукавкой нечто несусветно неприличное и прозрачное. Никакого белья, лишь белая холодящая ткань, сквозь которую просвечивает всё, что только может просвечивать.

Над необъятным ложем развевался прозрачный балдахин. Глупо, но первой моей мыслью было, от каких москитов он тут прикрывает. А после появился он – и все глупые мысли, равно как и разумные, напрочь исчезли.