Пообещай мне лунный свет

Владения племени чероки

Индейская территория

Октябрь 1889 года

Едва первые лучи солнца озарили мирные берега Гранд-Ривер, как вдруг тишину прорезал сигнал тревоги, прогремевший подобно пушечному залпу.

Грозно сдвинув брови, Лоутон Стоун вскинул на плечо свой «винчестер».

— Я к задней двери, — бросил Такер Магуайр, устремляясь под полог деревьев.

— А я к боковому окну, — добавил Вудуард Холл, взведя курки винтовки и пистолета, и бросился по направлению к северу.

В предрассветной тишине были отчетливо слышны шум борьбы и яростные ругательства, доносившиеся из лачуги, в которой засела банда опасных преступников. Лачуга принадлежала Джорджу Тинзли, индейцу-полукровке, принявшему крещение и получившему христианское имя. Банда Гардинеров воспользовалась его жилищем, спасаясь от судебных исполнителей Соединенных Штатов, неотступно преследовавших шайку вот уже три дня.

Лоутону не пришлось долго гадать, какая судьба постигла старика индейца. Скользнув взглядом по траве, он заметил в пятидесяти шагах от двери скорчившуюся фигурку, лежащую ничком. Вероятно, Джордж Тинзли даже не успел осознать, что с ним произошло.

Однако у Лоутона не было времени предаваться скорби. Из приоткрывшейся двери лачуги мимо него со свистом пролетели пули. Оконные рамы затрещали, и в следующее мгновение в проемах показались длинные стволы «винчестеров», нацеленные в Вудворта Холла и Такера Магуайра. Отыскав взглядом своих товарищей, Лоутон убедился в том, что они нашли надежное укрытие от огненного ливня, щедро поливавшего землю.

Очередная порция свинца со свистом пролетела мимо Лоутона, срикошетив от дерева в нескольких дюймах от его головы. Лоутон бросился на землю и, стиснув зубы, пополз туда, где стояла привязанной его лошадь. Отложив винтовку, он дотянулся до седельной сумки и вытащил связку динамита. Расчет па то, что Гардинеров удастся захватить врасплох и избежать кровопролития, не оправдался. Ржание лошадей и наступивший рассвет выдали их присутствие.

Чиркнув спичкой о кору ближайшего дерева, Лоутон поджег фитиль и, тщательно прицелившись, швырнул динамит па крышу лачуги.

В небо взметнулись обломки досок и дранки, и через мгновение по крыше с треском побежали язычки пламени.

Услышав очередной поток проклятий, Лоутон приподнялся на локтях. Прищурившись, он напряженно следил за происходящим сквозь прицел винтовки — так свернувшаяся кольцом гремучая змея ждет подходящего момента, чтобы нанести удар.

По опавшим листьям, усеявшим землю вокруг того места, где лежал Лоутон, заплясали пули. Лошади попятились, натянув поводья, и Лоутон едва успел откатиться в сторону, чтобы увернуться от копыт вороного жеребца, чуть не проломивших ему череп. Пронзительное ржание вторило визгу пуль. Наконец перепуганные лошади оборвали поводья и во весь опор понеслись прочь.

Шурша опавшими листьями, Лоутон отполз на новую позицию. Лачугу окутали клубы дыма, а из всех дверей и окон грохотали выстрелы — преступники готовились к отступлению.

Не отрывая взгляда от двери, Лоутон лежал и, дождавшись, когда в дыму показался силуэт одного из головорезов, нажал на курок. В ответ светловолосый пистолеро прицелился наугад, ориентируясь на звук выстрела, и, вместо того чтобы, как ожидал Лоутон, броситься вправо, метнулся влево. В результате этого маневра пуля, которой Лоутон намеревался прострелить ему плечо, попала юному бандиту прямо в грудь. Лоутон негромко выругался — он собирался только ранить беглеца, а не убивать его.

Презрительно скривив губы в усмешке и прижав левую руку к груди, юноша прицелился в Лоутона, но выстрелить не успел. Закатив глаза и выпустив пистолет из ослабевших пальцев, он упал сначала на колени, а затем ничком наземь.

Лоутон снова выругался себе под нос. В это время из дверного проема, заваленного обломками, выбежали еще двое. Яростно отстреливаясь, они бросились к своей коновязи.

На Лоутона обрушился очередной град свинца, но ему удалось увернуться. В следующее мгновение до него донесся отчаянный крик боли. Лоутон риал голос Вуди Холла и приподнял голову, успев заметить, как тот вскинулся и тотчас же упал в высокую траву.

— Чертов болван! Вечно старается выставить себя героем, — пробормотал в сердцах Лоутон.

Его холодные серые глаза скользнули по зарослям кустарника, над которым поднимался дымок от пистолета Такера Магуайра. Ветки затрещали — Такер растянулся на земле, уворачиваясь от полетевших в его сторону пуль.

Из-за лачуги выскочили еще двое бандитов, заставив своей стрельбой прижаться Такера еще сильнее к земле. С молниеносной быстротой Лоутон вскочил на ноги и перебежал к ближайшим деревьям.

— Такер! Ты жив? — прокричал он, стараясь голосом перекрыть треск и грохот выстрелов.

Ответа не последовало.

Своим зычным голосом Лоутон отвлек на себя внимание обратившихся в бегство головорезов. Выйдя из-за дерева, он принялся поливать их ответным огнем.