Поминки подснежника

Какие замечательные подснежники по апрельской весне расцветают в окрестностях, в рощах и лесах Придольска и даже в черте города. Всякие, разноцветные, белые, синие, фиолетовые… Для букетов они мало пригодны, быстро вянут, да и к тому же, в Красную книгу занесены, но глаз радуют. Но не все. Как раз, во время таяния снегов и чуть позже находят и другого рода подснежники, то есть человеческие трупы. Не так много, но раз на раз не приходится. В один год их более десяти, в другой – два-три, а вот нынешней весной, буквально четыре дня тому назад был обнаружен шестой по счёту в начавшемся году.

Так что у оперативников и следователей местных правоохранительных органов свои подснежники. Да ведь и определение это точное, и закавычивать в данном случае слово и не надо. Всё проще простого, иначе ведь и не назовёшь мёртвое тело, которое предстаёт в неприглядном виде в талой весенней воде перед людьми, которые без дела, по романтическим соображениям, шарахаются по лесопарковой зоне или за чертой города.

Почему, именно, в таких местах частенько находят мёртвых людей? Да по той простой причине, что, например, мимо Придольска проходит шоссейная дорога, которая связана с основной автомагистралью страны. Тянется она почти от самой европейской крайней точки России до берегов Тихого Океана. Преступники разного рода и вида, время от времени, в зимнее время и зарывают трупы в снег. Едут на машинах по делам и заодно прячут следы своего или чужого преступления.

Между прочим, некоторым удаётся уйти от справедливого наказания. Мёртвый человек-подснежник ничего не скажет, а следов практически после преступления такого рода не остаётся никаких. Время и вода уничтожают их. Но ведь надо искать не только пострадавших, но и господ и дам, нарушающих не только законы, но и самые элементарные нормы и правила морали и человеческого общежития, и воздавать им по заслугам. Тут снисхождения не следует делать никому.

А Придольск – не такой уж и маленький город, с населением почти в сто пятьдесят тысяч человек и со своей, несколько израненной (как везде и всюду по стране) инфраструктурой после всем известных, довольно безрадостных событий. Но об этом уже сказано и пересказано, и все и всё давно осознали и теперь вот соображают, как ворам и разбойникам при их дармовых деньгах помочь на долгие годы отправиться за решетку и освободиться от непосильного груза даже не рыночных, а базарных забот и тревог. Да и назрело время представителей весьма оригинальной власти от «низа» до «верха» в стране отогнать тяжёлой народной дубиной от «кормушек» и разного рода и вида «рулей».

Но, разумеется, не об этом воскресным апрельским утром думал, мысленно размышлял капитан городского Следственного отдела МВД Илья Наумов. Если просто сказать, то старший сыщик, которому и поручили довести до логического конца это «подснежное» дело. Не только ему одному, но и старшему лейтенанту из следственного комитета при городской прокуратуре, молодой, двадцатишестилетней, и не в меру активной Альбине Сниковой. Понятно, что они договорились обмениваться ценной информацией по телефону и при встрече. Но сыщику Наумову, который, как правило, занимался раскрытием всякого рода преступлений самостоятельно, на сей раз, не совсем повезло.

Раскрытием этого, в принципе, обычного дела вместе с ним в столице поручили заниматься и давнему знакомому Наумова, жизнерадостному толстячку, майору из Следственного комитета при МВД Аркадию Хряпову. Почему этим делом заинтересовалась Москва? Во-первых, вырисовывалось явное межрегиональное преступление; во-вторых (и это самое главное) гражданин, найденный в канаве, в придорожной роще, понятно, без признаков жизни, чьё тело уже начало разлагаться, оказался не простым подснежником, а в авторитете.

Это был крупный московский бизнесмен, если точнее выразиться, олигарх Иннокентий Альбертович Блудаков, владелец нескольких столичных цементных заводов, торговых супермаркетов и много всякого и разного. Даже на Дальнем Востоке он владел основным пакетом акций одного из горно-металлургических комбинатов по добыче полиметаллов, главным образом, олова. Приобрёл по условной, довольно смехотворной цене старое предприятие, брошенное в конце минувшего века государством на произвол судьбы.

У кого и каким образом Блудаков скупал при содействии если не подельников, то своих товарищей такие вот предприятия, было покрыто если не мраком и тайной за семью печатями, то, где-то, около того…