Помехи

Шум в эфире поднялся в восемь часов, и уже через пять минут в офисе Американского радиовещания стоял жуткий крик. Безобразия начались где-то в Бруклине, и в радиусе тридцати миль — а это пятнадцать миллионов клиентов — на всех телеэкранах возникли дикие помехи, а радиоприемники отвратительно зашипели. Это произошло как раз перед «Часом Мелбы», когда в эфире появляется Крошка Энджи, а без него народ просто не может обойтись. Так что, когда на видеоканалах в это самое время поднялся шум, служащие офиса начали повсеместно заламывать руки и жалобно стенать, а машины, оборудованные локаторами, — все до единой — отправились на охоту.

Определить направление поиска было совсем не трудно. Вот только, как и всегда, когда имеешь дело с короткими волнами, приходится приложить немало усилий, чтобы локализовать источник помех. Мы с Мортом три раза объехали вокруг квартала, прежде чем Морт сообразил, что он целиком занят огромным складским помещением с изоляцией из алюминиевой фольги, которая экранирует все сигналы. Вот почему на наших мониторах появлялись лишь помехи!

Когда мы немного отъехали от здания и описали приличный круг, снова появилось отчетливое изображение, и нам удалось обнаружить три места, где лучи двух отражателей исходили из двух направлений одновременно. Не помогло. В офисе по-прежнему раздавались отчаянные вопли, которые мы слышали по внутренней связи, — нам сообщали, что Крошка Энджи должен выйти в эфир через двадцать минут, пятнадцать, что к ним поступило две тысячи жалоб, что звонил мэр и спросил, в чем дело, а компания «Пинки-Пэнк» уже выставила штраф на основании того, что прекращены передачи, и если что-нибудь не будет сделано срочно и так далее…

В конце концов мы нашли источник шума, он находился в квартале облупившихся жилых домов с частными и съемными квартирами. Настоящие трущобы! Самое отвратительное, когда имеешь дело с короткими волнами, заключается в том, что стоит тебе приблизиться к их источнику, как сигнал начинает отражаться от каждого имеющегося в округе горшка и чайника, а ты получаешь вторичные отраженные сигналы. Мы с Мортом выбрались из машины и приступили к работе. Вскоре появились другие аварийщики, и мы разделили улицу на сектора.

Мы начали стучать в двери под старым, как мир, предлогом: извините-мэм-но-какой-то-электрический-прибор-со-здает-помехи-телевизионный-сигнал-не-проходит-в-вашем-районе-вы-не-знаете-может-тут-кто-нибудь-эксперименти-рует-с-электричеством-и-так-далее-и-тому-подобное. Это совсем не научный подход, но зато быстро дает результат. Но пока что мы, точно безумцы, сжимали в руках свои портативные приемники, а в офисе продолжалась истерика.

Я орал в ухо какой-то глухой старухе, когда Морту открыл дверь разбушевавшийся пьянчуга, которому ужасно хотелось с кем-нибудь сцепиться. В этот момент ожил мой приемник — на нем появился четкий, правильный сигнал, и никаких помех. Я заорал, чтобы Морт все бросал и мчался ко мне.

Сигнал поступал из соседнего дома. Туда мы и отправились. Дом стоял заколоченный, и тот, что за ним, тоже. Мы оторвали несколько досок, разбили окно и забрались внутрь, оставив снаружи одного парня, чтобы он объяснил полицейским, что тут происходит, — если они заявятся, конечно. Внутри мы услышали тихое жужжание и помчались вверх по лестнице, потому что до Крошки Энджи оставалось минут десять или того меньше. Я увидел за дверью какое-то свечение, бросился вперед и завопил:

— Эй, приятель! Выключай свою штуку. Уж не знаю, что у тебя тут, но ты должен все немедленно выключить.

Я подлетел к двери, приготовившись к схватке, Морт и трое парней из других машин не отставали от меня. Вот тут-то мы и влипли.

Нет. Никаких трупов. Пока. Труп появился позже. Когда мы ворвались внутрь, то увидели примерно в футе от потолка световое кольцо диаметром около четырех футов. Свет был розоватым, довольно ярким — можно книгу читать. Кольцо тихонько гудело, словно разговаривало с самим собой. Но главная проблема заключалась в том, что это был просто свет, без оболочки. Казалось, он никак не крепился к потолку, просто висел совершенно неподвижно и выглядел абсолютно твердым.

Больше всего это было похоже на раскаленное докрасна стекло, если вы понимаете, что я имею в виду. Только вот никакого жара, просто яркое кольцо, висящее в воздухе. А еще оно не шевелилось, словно его удерживали на месте металлические подпорки. Уж не знаю как!

Морт не сводил с кольца глаз, остальные парни тоже. Затем Морт сказал:

— Вот так зараза… интересно, что это такое. И как оно выключается?

— До Крошки Энджи осталось пять минут, — напомнил нам другой парень, для которого слово нашего офиса было законом, а его служащие — пророками. — Мы должны что-то сделать! Его нужно выключить!