Половинки души

… - Принимая во внимание возраст опекаемой особы, и руководствуясь, прежде всего, ее интересами, Его Императорское Величество Тарояр Третий принял мудрое решение, дать право ей самой сделать выбор в пользу одного из представленных претендентов в опекуны до ее совершеннолетия. Вин-Сола Энтаваэр, готовы ли вы перед лицом императора и уважаемого высшего совета озвучить свое решение? – голос герольда противно ввинчивается в уши, мешая нормально соображать.

Голова, после всех этих многочасовых ожесточенных прений сторон просто раскалывается. Ужасно хочется пить. В зале высшего императорского суда очень жарко и душно. Близится вечер. С самого утра высшие лорды Империи рассматривают спор об опеке над несовершеннолетней эльфийкой-полукровкой. Надо мной.

Зрелище достойное самого пристального внимания. Не каждый человеческий аристократ решится бодаться с самим Светлым Владыкой эльфов, да еще и до императорского суда дойдет. А мой отец решился. Вот только решение императора, его явно обескураживает. Не предполагал он такой исход. Теперь мрачно буравит тяжелым взглядом монаршую особу. Тот этого будто не замечает, равнодушно улыбается холодной заученной улыбкой.

Полсотни жадных глаз следят за каждым моим жестом. Все затаили дыхание в ожидании моего ответа. Впрочем, большая часть не сомневается в моем решении в пользу Сиятельного Владыки Лэраваила. Все-таки своего отца я совершенно не знаю и всю свою, пока недолгую, сознательную жизнь провела в светлом лесу среди эльфийской родни под высочайшим покровительством Владыки, который, к тому же, считается моим дядей. Он тоже не сомневается. Предвкушающе улыбается, как и вся его свита. Извращенец ушастый! А вот я вас сейчас как удивлю.

Поднимаюсь немного неуклюже, ноги затекли от долгого сидения на жесткой скамье. Быстрый взгляд из-под полуопущенных ресниц в сторону отца. Не верит в благополучный исход. Взгляд потухший. Кулаки сжаты до предела, желваки напряженно играют на скулах.

- Я готова, Ваше Императорское Величество, - голосок у меня тихий, совсем еще детский, но магическая акустика зала многократно его усиливает и делает слышимым всем присутствующим.

- Я благодарна Его Императорскому Величеству за возможность самой определять свою судьбу. Перед лицом императора и высшего совета я выбираю своим опекуном… Ольта лас Даури, лорда Империи и гоцарга Кварийского, - мой голос набирает силу и под конец звучит уже достаточно уверенно и твердо.

Ой, что сейчас начнется…

Полгода назад…

- Ну как же так, Кариночка? Второй раз за полгода. Ты там береги себя лучше. А может мне приехать? – голос мамы дрожит в телефоне.

- Ну что ты?! Не надо, мам. Все уже нормально, просто врачи перестраховываются. Сама знаешь какая сейчас обстановка в мире. А в твоем положении вообще опасно куда-то срываться. Как там малыши, кстати?

- Ой, уже толкаются вовсю. Такие активные. Володя шутит, что у меня там футбольная команда тренируется, - голос у мамы потеплел и приобрел мечтательные нотки. Ну и правильно, нечего моим негативом голову забивать. Сама разберусь.

Она только оттаяла после скоропостижной кончины отца десять лет назад. Строит новую семью со своим давним поклонником. Он ее со школы пытался очаровать, а потом ждал столько лет, надеясь на взаимность. И вот дождался. Владимир мне нравился своим легким, спокойным характером и стойкой постоянностью в своих чувствах. Теперь они ждут с мамой близнецов. И срывать ее из уютного домика под Рязанью, заставляя нестись ко мне в больницу с животом наперевес, ради моей мифической болезни? Нет уж!

Почему мифической? Потому что сами врачи никак не могли определиться с диагнозом. Брали многочисленные анализы, проводили исследования, созывали врачебные комиссии, и ничего. Постановка окончательного диагноза буксовала на месте, как и согласование моего лечения. Меня посылали от одного специалиста к другому и ничего не менялось. Росла только моя, и без того пухлая, медицинская карточка, пополняясь все новыми и новыми выписками и анализами.

С детства я была болезненным и слабым ребенком, который постоянно хватал все возможные болячки. Родители со мной намучались, переезжая из больницы в больницу. Потом вроде бы немного все устаканилось, и вот, год назад началось по новой. Мама рассказывала, что совсем маленькая я была на диво здоровой и крепкой малышкой, а в пять лет, словно меня кто-то сглазил. Подхватила какую-то инфекцию и неделю пролежала на больничной койке с температурой под сорок. Родители боялись худшего, так как ничего из предложенного лечения не помогало. Но я выкарабкалась, вот только от моего прежнего здоровья ничего не осталось.