Полная энциклопедия грибов

Какое замечательное определение дал классик прозаичному на первый взгляд занятию – сбору грибов, единственная цель которого – получить дополнительный продукт питания, чтобы разнообразить обычный рацион или удивить гостей праздничным блюдом с изысканным вкусом и божественным ароматом. Словосочетание «тихая охота» подчеркивает созерцательный характер этого мероприятия, по степени азарта не уступающего традиционной охоте или рыбалке. Своим присутствием грибник не нарушает естественной гармонии утреннего леса, а его пытливый и внимательный взор, выискивающий в траве желанную добычу, не пропускает ни одной, даже самой маленькой, детали мира, живущего по своим, не подвластным воле человека, законам. Созерцание этого мира, где каждое движение наполнено смыслом, а формы – красотой, неизменно настраивает грибника на философский лад, заставляет задуматься о суетности жизни и еще раз убеждает его в преимуществе вечного перед сиюминутным. Недаром многие писатели были большими почитателями тихой охоты, которая давала им возможность подумать над смыслом бытия, расставить жизненные приоритеты, проверить творческие установки, а главное – вселяла в их души покой, наполняла сердца восхищением, а разум – мудростью.

Свое издание мы адресуем в первую очередь начинающим грибникам, которые уже почувствовали в себе азарт охотника, но еще не вооружились необходимыми знаниями для его удовлетворения. Ведь, даже будучи тихой, она обладает всеми признаками, присущими остальным разновидностям охоты, где одним из главных элементов является риск. Безобидный на первый взгляд гриб может нести в себе такую же опасность, как раненый зверь или попавшаяся на крючок рыбина. Опытный охотник, на счету которого не один десяток трофеев, никогда не будет нарушать определенных правил. В противном случае он сам может превратиться в добычу более осторожного и хитрого противника. Прежде чем отправиться в лес, надо хорошенько изучить повадки его обитателей, чтобы всегда возвращаться домой с полным лукошком отборных, первосортных грибов и не стать жертвой банального невежества.

Представленные в книге сведения пригодятся и более опытным охотникам, поскольку знания, полученные только из практики, всегда ограничены временем и местом, а полные и систематизированные позволяют расширить эти рамки и получить более глубокую и обширную информацию, вплоть до так называемого конечного продукта – кулинарных рецептов.

На протяжении столетий ученые мужи вели нескончаемый спор о том, считать ли грибы животными или растениями. С одной стороны, они обладают явными признаками растений: неподвижность, верхушечный рост, наличие клеточных стенок и т. д. Но с другой стороны, они гетеротрофны, то есть как животные, питаются готовыми органическими веществами, образуют мочевину и имеют в своем составе хитин. Кроме того, в пользу второго утверждения говорит и тот факт, что у грибов отсутствуют цветки и семена – неизменные атрибуты большинства представителей растительного мира. Хотя передвигаться с места на место без посторонней помощи, как это делают животные, грибы не могут.

Такая неразбериха в ученом мире на бытовом уровне породила целый ряд всевозможных легенд о происхождении грибов, в которых их возникновение чаще всего связывали с загадочными явлениями природы: ударом молнии, громовыми раскатами, невиданными по размеру каплями росы и т. д. В одном из травников, относящемся к середине XVIII века, грибы называют даже детьми богов.

Средневековые алхимики впервые попытались дать «научное» обоснование развитию этого таинственного организма и объясняли его рост углом падения лунного света. Но первую по-настоящему научную теорию возникновения грибов в начале XIX века дал известный французский микробиолог Л. Пастер. Теория эта называлась «Vis vitalis», что в переводе с латинского значит «сила жизни», и объясняла происхождение грибов их самозарождением. Причем процесс самозарождения мог происходить спонтанно, независимо от внешних факторов, не требуя создания особых условий.

Эта теория дала новый толчок развитию науки о грибах и в итоге привела к вполне обоснованному выводу, положившему начало современной микологии: «Любая питательная среда, утрачивая первоначальную стерильность, становится благоприятной для зарождения микроорганизмов».