Поль Робсон

Утренний ветер принес запахи близкой земли — ароматы лесов, сочных трав, терпких ягод. В полдень радостный крик впередсмотрящего оповестил команду парусника об окончании утомительного четырехмесячного плавания. Корабль встал на якорь в устье реки.

Прилива ждали недолго. 50-мильное расстояние вверх по реке до городка английских колонистов Джеймстауна парусник преодолел за сутки. Взвился над кораблем голландский флаг, гулко ударила кормовая пушка. От берега отделилось несколько шлюпок, а на палубе парусника у брошенного в воду веревочного трапа уже толпились закованные в кандалы негры. Боль, негодование, гнев испытывали эти люди, обманом или силой увезенные из Африки, преданные своими царьками, вождями, старейшинами, обменявшими соплеменников на рыболовные крючки и иголки, стеклянные бусы и медные кольца, ружья и порох.

Невольников под охраной моряков доставили на берег, где их дожидались хозяева — колонисты из Англии, облюбовавшие этот благодатный уголок Американского континента под плантации табака. Европейцы успели пристраститься к табачному зелью, привезенному домой безвестным моряком из команды Колумба, и платили немалые деньги за новое для них удовольствие. Предприимчивые обитатели отвели под табак не только единственную городскую улицу, но и рыночную площадь, и все же земель не хватало.

Освоение даже близлежащих участков было делом непростым, и новоявленные плантаторы, познавшие соблазн прибыли, вначале использовали для тяжелых работ европейцев, обязавшихся отработать несколько лет в уплату за переселение в Америку. Расширялись угодья, росли запросы землевладельцев. Им уже требовалась более дешевая рабочая сила. Тогда голландские работорговцы, промышлявшие на западном побережье Африки, привезли первую партию невольников. А вскоре в водах Чесапикского залива появились испанские, португальские, французские, британские корабли, трюмы которых были заполнены «черным товаром».

Пращуры Поля Робсона прибыли в Америку на одном из невольничьих кораблей. Каждый раб, подвергшись позорной процедуре клеймения, обретал новое, более «благозвучное», по мнению хозяина-плантатора, европейское имя.

Трудно проследить, куда, в какую толщу земную тянутся корни родового древа Робсонов, но об одном корне, мощном, глубоко вросшем в американскую почву, известно. Речь пойдет о прапрадеде Поля — Сайрусе Бастилле.

Бастилл родился в 1732 году в городе Берлингтоне, основанном британскими квакерами — членами религиозной христианской общины, которые эмигрировали в Америку, спасаясь от преследований английских властей. Появившийся на свет рабом, Сайрус Бастилл получил вольную от своего хозяина Томаса Прайора, гордившегося принадлежностью к квакерам и поэтому не чуравшегося благотворительности. В 1769 году Бастилл перебрался в Филадельфию, где открыл собственную пекарню.

Весной 1775 года американские колонии начали вооруженную борьбу за независимость. В. И. Ленин назвал ее «одной из тех великих, действительно освободительных, действительно революционных войн, которых было так немного среди громадной массы грабительских войн»[1].

Между Америкой, бурлившей от деятельности лихих, предприимчивых и свободолюбивых колонистов, и чопорной Англией с ее неуравновешенным деспотом королем Георгом III, с ее самонадеянными реакционными правителями неминуемо должно было произойти столкновение. После победы в Семилетней войне, закрепившей за Великобританией титул «владычицы морей» и позволившей отобрать у побежденной Франции Канаду, а у Испании Флориду, английские властители окончательно уверовали в свое всесилие. Рассматривая колонии в Северной Америке только как источники сырья и рынки сбыта, британское правительство увеличивало налоги, вводило новые пошлины, с тем чтобы воспрепятствовать развитию торговли и промышленности на материке. Колонисты не желали мириться с порядками, ущемлявшими их жизненные интересы. С борьбой против тирании метрополии американцы связывали надежды на свободу предпринимательства, на политическую демократизацию.

Первые вооруженные отряды колонистов возникли стихийно, в мелких стычках с английскими солдатами-карателями. Но уже в апреле 1775 года колонисты нанесли ощутимый удар англичанам, обратив в бегство их войска под Конкордом и Лексингтоном. В июне повстанцы одержали важную для них победу у Банкер-Хилла.