Покоренная горцем

Девон, Англия

Весна 1688 года

— Давай сюда сумку, не то проткну тебя насквозь!

Колин Макгрегор улыбнулся и придержал коня, пустив его легким галопом; его путешествие приближалось к концу. До места назначения ему оставалось миль шесть самое большее. В свежем утреннем воздухе явственно ощущался запах моря. Поэтому Колин пребывал в благодушном настроении и склонен был проявить снисхождение к окликнувшему его грабителю.

— Должен тебя предупредить! — крикнул он парню, бежавшему за его конем, стараясь не отставать. — Ты уже не первый разбойник, задумавший обобрать меня сегодня. Шестеро предыдущих благополучно расстались с жизнью. — Все с той же насмешливой улыбкой всадник повернулся в седле. — Даю тебе минуту на то, чтобы ты пересмотрел свои намерения.

Грабитель рассмеялся и, безрассудный, заявил:

— Лошадь я тоже заберу.

— В самом деле?.. — Колин осадил коня и сбросил с головы капюшон. — Хотелось бы посмотреть, как ты будешь это делать. Только не мешкай. Мне желательно попасть в Дартмут до того, как там сядут за стол. Я изрядно проголодался.

Грабитель, сунув два пальца в рот, пронзительно свистнул, и тотчас же из-за деревьев появились еще пятеро; направив на Колина оружие, они сверлили его злобными взглядами.

— Кажется, одного из твоих парней не хватает, — заметил Колин, быстро осмотревшись и снова устремив насмешливый взгляд на вожака грабителей.

Тот оглядел свою шайку и, убедившись, что Колин прав, крикнул отставшему:

— Эй, скорее заканчивай свои дела и готовься к схватке!

Но напрасно он крикнул. Потому что Колин мгновенно пристрелил бедолагу, как только тот показался из-за деревьев с пистолетом в одной руке и подтягивая другой штаны. Пистолеты были еще у двоих грабителей, но и те не успели пустить их в ход и даже прицелиться, потому что Колин молниеносно вывел их из игры — одного застрелил, выхватив второй пистолет, спрятанный в сапоге, а в другого метнул кинжал, пронзивший грабителю горло. Вожак шайки с ужасом наблюдал за происходившим — всего за нескольких мгновений трое его дружков были сражены насмерть.

Когда же Колин спрыгнул с коня, четверо оставшихся головорезов в испуге переглянулись. Но затем, сообразив, что он не сможет воспользоваться пистолетами, пока не перезарядит их, выхватили мечи и бросились в атаку.

Грабителям явно не хватало сноровки, что ничуть не удивило Колина. Он мог бы отнестись к ним снисходительно, мог бы позволить им пожить немного подольше, но он был воин, а не священник. Он заметил, что его преследовали, с тех самых пор, как он прибыл в Девон. И знал, сколько врагов выслеживали его и где они скорее всего собирались напасть. Не надо было обладать особым даром, чтобы обо всем этом догадаться. Любой бывалый, хорошо обученный воин догадался бы.

А он, Колин, готовился к битвам всю жизнь — сколько себя помнил. Желание сражаться воспламеняло кровь в его жилах с тех самых пор, как он достаточно подрос, чтобы удержать в руке меч. Колин был рожден для битвы, и с годами желание сражаться за дело, в которое он верил, все возрастало и крепло. И делом таким стал для него трон Стюартов, вернее — преданность королю-католику Якову Стюарту, состоявшему в дальнем родстве с Макгрегорами с острова Скай. Этот человек заслужил дружбу, преданность и в конечном итоге уважение Колина, когда вступил на престол три года назад. Но позднее король стал тираном, и Колин уже не был так безоговорочно уверен, что его сюзерен больше подходит на роль правителя королевства, чем его соперник Вильгельм Оранский.

Эта неуверенность и побудила Колина заехать домой, в Кэмлохлин, перед тем как приступить к выполнению последней поставленной перед ним задачи — раз и навсегда покончить с угрозой со стороны голландского принца.

Поездка домой доставила ему гораздо больше удовольствия, чем он ожидал. И, судя по всему, приятные воспоминания об этом визите опутали его душу сетями сострадания, которое он испытывал сейчас, — ибо даровал грабителям быструю смерть.

И опять же, он был чертовски голоден.

Колин вытер меч о тунику павшего вожака, затем вернул клинок в ножны и вскочил в седло. Ему не было дела до мертвецов… как и любому добропорядочному путнику, проезжающему по этой дороге.

Направив коня прямо вперед, Колин снова накинул на голову капюшон и вернулся мыслями к своей задаче — не позволить принцу Вильгельму захватить трон.

Генерал армии короля Якова Колин Макгрегор за последние три года многих лишил жизни, хотя мало кто из его врагов умер на поле боя. Его победы по большей части ковались скрытно, чисто политически, что требовало остроты как ума, так и меча. И то и другое он усердно оттачивал. Он сменил жизнь воина на жизнь карателя, которого король посылал вершить правосудие над виновными.