Похищение любви

Как сердцу высказать себя?

Другому, как понять тебя?

Поймет ли он, чем ты живешь?

Мысль изреченная есть ложь.

Ф. И. Тютчев

– Вау! Ника! Клевые джинсы! – восхищалась Светка, оглядывая со всех сторон новые джинсы Вероники.

– Ну что ты около меня кругами ходишь! – нахмурилась девушка и, оправив кофточку, подошла к своей парте.

В класс вошла Маша Ларионова. Увидев Нику, она немного прищурилась и на весь класс сообщила:

– О, Кристиан Диор специально для нашей Вероники джинсики прислал! Эксклюзив! Но не отчаивайтесь, господа – вы еще сможете через годочек приобрести их на распродаже!

Вероника вышла в коридор и встала у окна. Она так и будет стоять одна, пока Люся не придет. Ее стройная, чуть сгорбленная фигурка, казалась такой потерянной одинокой в шумном школьном фойе. Проходящий мимо Рустам Боровский пристально посмотрел на Веронику и демонстративно отвернулся. С тех пор, как девушка отказалась встречаться с Рустамом, он перестал с ней здороваться и всем своим видом показывал, что Вероника для него не больше, чем разодетая кукла. А каким он был галантным и внимательным, когда они шумной школьной компанией ходили в кино или кафе. Но у Вероники даже в мыслях не было, что Рустам пытается клеить ее. Казалось, что между ними завязалась хорошая крепкая дружба парня и девушки, что они понимают друг друга с полуслова. А самое главное, Рустам еще с восьмого класса встречался с Машей Ларионовой, школьной красавицей и заводилой. Так что признание молодого человека, что он давно хотел бы «сблизиться» с Вероникой, застало девушку врасплох. Естественно, она отказала. А как еще она могла поступить? Даже представить страшно разъяренную Марию, у которой кто-то «посмел» увести парня.

Мысли с неимоверной скоростью проносились у нее в голове. Ника пыталась поймать хоть одну из них, подумать о чем-то определенном, но ничего не получалось. Обида, досада, недоумение – все спуталось в какой-то клубок отрицательных эмоций. «Ни к чему мне выяснять отношения. Унижаться до оправданий я не собираюсь, – думала гордая Ника. – Когда-нибудь все это пройдет».

Стильные наряды Вероники вызывали зависть «подруг» и восхищение парней.

Но у ее отца – Игоря Сергеевича – был свой бизнес, и девушка могла себе позволить одеваться по моде.

– Ну что, видели нашу королеву красоты? Делает вид, что это она не для Рустама так вырядилась? – сплетничала в раздевалке Машка.

– Да брось ты, Маш, – пыталась защитить одноклассницу Наташа Еремина. Она его к себе на километр не подпускает. Не нужен ей твой Боровский.

– Ха! Не нужен! Да она просто меня боится, – парировала, раскрасневшись Мария. – Знает, что я не позволю ей себя унижать!

Ника знала, что ее никто не поймет, и поэтому никому не доверяла. Все считали ее богатой гордячкой. Но это было не так. Или не совсем так. У девушки были причины не доверять окружающим. Она уже не верила льстивым словам.

Вероника зачитывалась стихами Лермонтова, увлекалась историей Древнего Египта, любила театр. Она и сама иногда писала стихи. Но рано или поздно сжигала эти мысли и чувства, перенесенные на бумагу. «Бумага все стерпела», – думала она, глядя на догорающую в камине тетрадку.