Похищение черного льда

Паркер вошел в свой номер и увидел мужчину, который рылся в его чемодане, разложенном на кровати. Не прерывая своего занятия, человек оглянулся и невозмутимо произнес:

— Все будет в порядке. — В его голосе слышался небольшой акцент.

Паркер понял, что слова относятся не к нему. Обернувшись, он увидел второго человека, заслонявшего собой дверь. Слева, у окна, стоял третий; вооружен был только он — правая рука его небрежно поигрывала автоматом.

Паркер никогда раньше не встречал этих людей. Высокие, крепкие, модно одетые, загорелые, каждому лет под сорок. Полицейские? Нет, не похоже. Все это заставляло теряться в догадках.

— Где женщина? — спросил Паркер. Когда он уходил. Клер оставалась в номере. Ему не очень нравилась мысль, что ей пришлось терпеть рядом с собой людей с оружием.

Первый кивнул в сторону ванной комнаты:

— Она там. Обещала хорошо себя вести.

Второй, стоявший за спиной Паркера, произнес:

— Приподнимите ваши руки, пожалуйста.

Тот же акцент, что и у первого, а “пожалуйста” в этой обстановке звучало более чем странно. Из федеральной полиции? Но Паркера смущал акцент. Да и манеры не те.

Он приподнял руки, и второй, похлопывая, прошелся по нему сверху донизу. Хотя он очень старался, было ясно, что это не профессионал: возился слишком долго, словно не был уверен, что делает все правильно.

— Хорошо, — сказал он, закончив. Паркер опустил руки.

— Если вы не против, я продолжу, — произнес первый. — Мне осталось немного.

Паркер, посмотрев на автомат в руках у третьего, ничего не ответил.

Но первый, видимо, и не ждал его ответа. Он продолжал рыться в чемодане, и хотя его нельзя было упрекнуть в небрежности, особой тщательностью он также не отличался. Большинство шкафов в комнате были полуоткрыты, и на этом чемодане, по-видимому, обыск заканчивался.

Что они ищут? Паркер не имел ни малейшего представления; стоя посреди комнаты, он пытался понять, кто они такие, что им надо и как ему следует себя вести. Первый азартно шарил в его чемодане, второй стоял, прислонившись спиной к входной двери, третий подпирал стену у окна, и казалось, что комната наполнена беззвучным грохотом автоматной очереди. Через окно с улицы, расположенной на семь этажей ниже, доносились приглушенные звуки нью-йоркского транспорта. Небо за окном было по-мартовски серым. Вряд ли эти трое приобрели свой загар в Нью-Йорке.

Паркер посмотрел на закрытую дверь ванной. Как там Клер? Малейшее насилие, даже намек на него, выводили ее из себя, напоминая о времени, о котором она стремилась забыть. Если эти люди обращались с ней грубо, то она, скорее всего, находится сейчас в состоянии молчаливой истерики. Тогда от нее можно ждать всего. Она может, например, выбежать с диким криком, сжимая в кулаке ножницы. Предугадать ее поступки было немыслимо.

— Разрешите мне поговорить с женщиной, пока вы заняты своей работой, — сказал Паркер.

— Мы сейчас закончим.

Первый, отвернувшись от раскрытого чемодана, холодно улыбнулся.

— Уверяю вас, мы ее не обижали, — сказал он. — По крайней мере, пока.

Паркер почувствовал, как напряглись его плечевые мускулы. Ему страшно захотелось прервать эту игру, перехватить инициативу, узнать, что, в конце концов, им от него нужно. Но разумнее всего было ждать, хотя ожидание всегда давалось с трудом.

— Если хотите, можете сесть, пока мы будем разговаривать, — обратился к нему первый.

— Я постою.

— Как вам будет угодно. — Первый уселся в ногах кровати Клер. Вынул пачку сигарет. — Хотите?

— Нет.

Пожав плечами, он прикурил, потом вынул сигарету изо рта и посмотрел на нее.

— Хваленые американские сигареты, — сказал он. — Впрочем, люди привыкли хвалить все американское.

— Что вам здесь надо? — спросил Паркер.

Первый поднял бровь. Похоже, он старается работать под английского джентльмена, но это плохо у него получалось. Скорее, он напоминал фермера или скотовода.

— Мне кажется, вы могли бы догадаться, зачем мы здесь, мистер Паркер.

Паркеру не понравилось, что его называли настоящим именем. Он зарегистрировался в отеле как Мэттью Уолкер; этим именем он пользовался всегда, когда не работал. Плохо, что эти люди знают о нем так много, тогда как он о них не знает ничего.

— Я не люблю гадать, — ответил он. — Вы ворвались ко мне, роетесь в моих вещах, демонстрируете мускулы. Догадываюсь, что у вас на уме. Сейчас вы развлекаетесь, тянете время. Потом вам все равно придется рассказать мне, в чем дело.

Третий, тот, что стоял у окна, нехотя промолвил:

— Тяжелый случай. — Казалось, ситуация его забавляла.

Первый покачал головой:

— Понимаю, вы человек осторожный. Поэтому буду говорить без экивоков. Мы здесь для того, чтобы потолковать с вами о вашем новом замысле.

— У меня лично нет никакого нового замысла. — Это было истинной правдой, но Паркер не надеялся, что эта троица ему поверит.

Они и не поверили. Первый, улыбнувшись, покачал головой.