Покажи мне, зеркало… Том 2

Для обложки был использован материал с сайтаАвтор обложки: Эрика Легранж

Ирада       Нури

Попутный ветер, ласково поигрывая с судёнышком, гнал его вперёд. К удивлению капитана, прежде как огня, избегающего брать на борт пассажирок из-за морского суеверия о том, что "Женщина на борту – к беде", все прежние страхи и опасения оказались напрасными. Впервые на его памяти многомесячное путешествие прошло без единого мало-мальски серьёзного шторма. Словно оберегаемая кем-то свыше, шебека весело и легко скользила по воде в течение всего многомесячного плавания, ни разу не столкнувшись ни с пиратскими суднами, ни с военными фрегатами, патрулирующими всё средиземноморское побережье.

К конечной точке нашего путешествия мы приблизились тогда, когда, когда на смену жаркому, местами сухому лету пришла прохладная и дождливая осень, подули холодные ветра, и чем ближе мы становились к берегам Англии, тем явственнее это ощущалось.

Высадившись ещё затемно в одной из бухточек, облюбованных контрабандистами за свою удалённость, я распрощалась с Булут беем и его командой головорезов, которые нужно отдать им должное, до самой последней минуты вели себя в моём обществе так, как заслуживал мой титул: почтительно и уважительно.

Было страшно обрывать последнюю связующую с прошлым нить, так как теперь моя жизнь должна была кардинально измениться, но выбора ни у кого из нас уже не было.

Проводив взглядом возвращающуюся на ожидающее чуть поодаль судно шлюпку с частью машущего на прощание экипажа, я, внутренне подобравшись и категорически запрещая себе поддаваться панике, закинула небольшой узелок с пожитками на плечо и зашагала в сторону ближайшей рыбацкой деревушки, над трубами домов которой вился едва заметный дымок. Люди просыпались.

Сталкиваясь то тут, то там с подозрительными взглядами, я возблагодарила Всевышнего за то, что, послушалась Булут бея и перед самой высадкой переоделась в одежду юнги Али – моего ровесника, состоявшей из сорочки, штанов до колен и плотной, защищающей от ветра куртки. Башмаки на шнуровке и полосатые шерстяные чулки мальчишки были мне велики, но я решила эту проблему насовав в носы тряпок, и, хотя ходить в такой обуви было крайне неудобно, она по крайней мере не спадала с ног и надёжно защищала от слякоти, образовавшейся вследствие прошедших недавно дождей.

С волосами, правда, пришлось немного повозиться, но и их, после небольших усилий удалось скрутить в крепкий узел и спрятать под шерстяной шапочкой, какие носили моряки по всему побережью.

И вот, старательно изображая мальчишку и стараясь не сильно стучать зубами из страха быть рассекреченной, я, памятуя советы капитана, отправилась в первое же питейное заведение, которое судя по яркой вывеске, изображающей улыбающегося во весь рот усатого толстяка в полосатом фартуке, предлагающего посетителям большую кружку полную странной белой пены и гордо именуемое "У Бена", являлось не только местом, где можно было с дороги промочить горло, но, и постоялым двором ,и справилась где могу нанять карету для путешествия.

О том, что ляпнула что-то не то, стало понятно по взрыву хохота, донесшегося со стороны расположенных в шахматном порядке столиков и недоумевающему взгляду стоящего за стойкой хозяина, глядящего на меня как на умалишённую.

– Карету? Да, ты никак с луны свалился, парень? Или эля перебрал? Откуда в здешних местах взяться карете?

"Не поддавайся панике"– твердила я себе, лихорадочно соображая, как выпутаться из столь щекотливой ситуации. Не придумав ничего лучше, я громко расхохоталась вместе с остальными, сделав вид, что это было не более, чем шутка.

Какой-то человек поднялся из-за стола и подойдя сзади, крепко хлопнул меня по плечу, одновременно кинув на стойку пару монет:

– Славный малец. Эй, хозяин, налей-ка моему приятелю эля и принеси вон к тому столику, а мы пока с ним о делах потолкуем.

От лёгкого похлопывания сильной руки, я едва не просела на землю, а когда человек подхватив меня под руку и, чуть ли не силком потащил к своему столу, я уже была готова выть и брыкаться, но следующая фраза, произнесенная угрожающим шепотом, заставила меня захлопнуть рот и позволить себя увлечь.

– Тише, глупая девчонка, иначе, мне тебе уже ничем не помочь!

Он назвал меня девчонкой? Но, как он узнал? Опустившись на указанный стул, я, борясь с брезгливостью и стараясь не слишком морщиться от отвращения, чтобы никого ненароком не обидеть, положила руки на плохо знакомую с тряпкой шероховатую поверхность стола и во все глаза уставилась на незнакомца.

Небритый, с сеткой морщинок вокруг внимательных голубых глаз, он не слишком отличался от остальных посетителей, собравшихся здесь в столь ранний час и выглядел неухоженным со своими нечёсаными волосами, собранными сзади в небрежный хвост и в обветшалой серой куртке, которая когда-то была наверняка хорошего качества, нынче же превратившись в настоящие лохмотья.