Покаяние
Описание
Премьер-министр России, один из "отцов" российских либеральных реформ, скоропостижно ушел из жизни. Официальная версия – смерть от отека легкого. Но что произошло на самом деле? Была ли смерть насильственной? Причастны ли к гибели премьер-министра его друзья и соратники? Хотел ли отец русского либерализма покаяться за свои прегрешения и ошибки? В книге "Покаяние" Станислава Белковского, известного политического публициста и политолога, вы найдете ответы на эти вопросы, погрузившись в захватывающий мир современной российской политики и ее закулисных интриг. Книга основана на фактах и деталях, раскрывающих сложную картину событий, которые потрясли российское общество. Автор исследует мотивы и поступки ключевых фигур, бросая вызов общепринятым представлениям и предлагая альтернативную точку зрения.
Игорь Тамерланович Кочубей, 50–55 лет, премьер-министр на пенсии.
Мария, она же Марфа, его жена.
Борис Алексеевич Толь, 50–55 лет, президент Корпорации вечной жизни.
Евгений Волкович Дедушкин, 75–80 лет, президент Академии рыночной экономики, профессор.
Гоцлибердан
Пол Морфин, 37 лет, иностранный журналист.
Анфиса, она же Ноэми, 20 лет, переводчик.
МАРИЯ. Он повадился вставать в шесть утра. Встает, пьет водку до девяти, потом снова ложится. А мне же на работу. Он думает, что я сплю. Но я не сплю. Я все вижу и слышу. Я не могу спать, если он сидит в столовой. И пьет. Я тоже живой человек. На работу. Уже полдевятого. Господи ты Боже мой…
КОЧУБЕЙ. Марфуша, ты чего не спишь? Иди поспи еще, рано. Сумерки.
МАРИЯ. Мне через полтора часа на работу, чего ложиться. Не засну ведь. Хочешь чаю.
КОЧУБЕЙ. Да нет, спасибо. У меня всё есть. Колбаски только не хватает. Ты брауншвейгской не купила?
МАРИЯ. Не успела вчера. Жуткая суета. Подарки, шмодарки. Тебе нельзя брауншвейгскую. Сплошной жир. Холестерин. Скоро Новый год. Холестерол. Как правильно.
КОЧУБЕЙ. Да, нельзя. Под водочку хорошо идёт. Ты поедешь – я засну.
МАРИЯ. Сил нет, Игоряша.
КОЧУБЕЙ. Да уж, давно нет.
МАРИЯ. У кого сил нет?
КОЧУБЕЙ. А ты про кого?
МАРИЯ. Я про – себя.
КОЧУБЕЙ. А я – про всех нас. Сил вообще не осталось. Чего-то не осталось. Так, бывает, поищешь с утра силы, и…
МАРИЯ. О чем вы вчера говорили с батюшкой?
КОЧУБЕЙ. С батюшкой?
МАРИЯ. С батюшкой.
КОЧУБЕЙ. Про земельный участок.
МАРИЯ. Про какой участок? Наш?
КОЧУБЕЙ. Нет, про его. Про его участок.
МАРИЯ. У него разве есть участок?
КОЧУБЕЙ. Ну, не у него как такового. Участок, где храм. В Жирафьей Канавке.
МАРИЯ. А что он хочет?
КОЧУБЕЙ. Там земля до сих пор не оформлена. Документов ему не выдают. Уже два года не выдают. А люди тем временем всякие ходят. Он очень боится, что отберут. Под элитное жильё, то-сё.
МАРИЯ. Так храма ж толком нет до сих пор. И какое в Жирафьей Канавке элитное жилье? Это у черта на рогах. Выселки.
КОЧУБЕЙ. Маленький храм-то есть. А большой – потом будет. Построим.
МАРИЯ. Что значит «построим»? Кто «построим»?
КОЧУБЕЙ. Не волнуйся. Он построит. Он сам построит. Мы поможем.
МАРИЯ. Он снова просил денег?
КОЧУБЕЙ. Не просил. Я сам предложил. На большой храм. Он тогда и сказал, что земля никак ещё не оформлена.
МАРИЯ. Игорь.
КОЧУБЕЙ. Твое здоровье, родная.
МАРИЯ. Игорь.
КОЧУБЕЙ. Да.
МАРИЯ. Ты помнишь, что у нас Серебряный бор стоит пустой пять лет. Все уже построились, и только мы…
КОЧУБЕЙ. Тебе разве здесь неуютно? Ты всегда говорила, что любишь наши Сумерки.
МАРИЯ. Ты не помнишь, что я говорила. Это очень далеко. Я еду на работу два часа. Вчера ехала два пятнадцать. Даже два двадцать. У меня затекают ноги. Варикозное расширение. Вены болят. Это добром не кончится. Игоряша.
КОЧУБЕЙ. Да, надо начинать строиться. Ты не знаешь, где Ревзин?
МАРИЯ. Ревзин на биеннале в Берлине. На что будем строить, если все деньги отдавать батюшке?
КОЧУБЕЙ. Ну что ты, какие все деньги? Что ты говоришь такое?
МАРИЯ. Все.
КОЧУБЕЙ. Ну почему все? Твое здоровье. За варикозное, что ли.
МАРИЯ. Ничего смешного. Мне через сорок минут выезжать. Филька уже тут. Вон дым, прогревается. Ты мне на день рождения подарил брошь за триста долларов. А батюшке в прошлом месяце, под ноябрьские, отдал двадцать семь тысяч. Пока что двадцать семь тысяч. Если я знаю всё, конечно. А я могу всего и не знать.
КОЧУБЕЙ. Тебе не понравилась брошка? А докторская там еще есть?
МАРИЯ. Докторская есть. Мы могли уже давно жить в Серебряном бору. И ездить на работу за полчаса. Ты хочешь дать денег на новый храм? Это безумные деньги. Там кроме тебя кто-нибудь помогает?
КОЧУБЕЙ. Все помогают. Все.
МАРИЯ. Кто все? Там кроме тебя и нет никого. Бабки какие-то безумные. Я видела.
КОЧУБЕЙ. Ты ж сама сказала, что для храма нужны безумные бабки. Вот они там и собираются.
МАРИЯ. Это не смешно, Игоряша. Уже не смешно.
КОЧУБЕЙ. Да, не смешно. Ровно девять, ты слышишь.
МАРИЯ. Я в сто двадцать пятый раз отказалась ехать к Гоцам. Потому что мне стыдно. Стыдно и обидно. Я не могу, понимаешь. Я один раз была в гостях у Толей, а теперь делаю вид, что некогда. Они спрашивают, почему не строитесь, и что я им должна говорить? Про батюшку?
КОЧУБЕЙ. Ты думаешь, мы построились бы на двадцать семь тысяч? Это стоит миллионы.
МАРИЯ. Я устала, Игорь.
КОЧУБЕЙ. Сейчас утро. Ты не должна уставать с утра. Вот переживем зиму, и займемся стройкой. Точно займемся.
МАРИЯ. Дома или храма?
КОЧУБЕЙ. И того, и другого.
МАРИЯ. Ничего не выйдет, как всегда. Сколько лет мы живем здесь?
КОЧУБЕЙ. Здесь очень хорошо. Нет людей, и птицы громко поют, потому что не боятся. А вот у Гоца дом довольно безвкусный. Пластмассовый камин, фальшивый дикий камень. Мне там не нравится.
Похожие книги
Аккорды кукол
«Аккорды кукол» – захватывающий детективный роман Александра Трапезников, погружающий читателя в мир тайн и опасностей. В центре сюжета – загадочный мальчик, проживающий в новом доме, и его странное поведение. Владислав Сергеевич, его жена Карина и их дочь Галя сталкиваются с непонятным поведением ребенка, который заставляет их задуматься о безопасности и скрытых угрозах. Напряженный сюжет, наполненный неожиданными поворотами, интригой и тревожным предчувствием, заставляет читателя следить за развитием событий до самого финала. Это история о скрытых мотивах, подозрениях и борьбе за правду, в которой каждый персонаж играет свою роль в запутанной игре.
Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов
В новом теле, в другом времени, на Кавказе, во время русско-турецкой войны. Матвей, бывший родовой казак, оказывается втянутым в водоворот событий: осада крепости, стычки с горцами, противостояние контрразведке. Он пытается скрыться от внимания власть имущих, но неизбежно оказывается в гуще заговоров и опасностей. Каждый день приносит новые приключения, враги и кровавые схватки. Выживание в этом жестоком мире становится главной задачей для героя. Он сталкивается с трудностями, но не опускает руки, сохраняя свой характер и привычку бороться до конца.
И один в тайге воин
В таежной глуши разворачивается история смелого старателя, который, казалось, обрёл всё, о чём может мечтать обычный человек. Но война, которую он ждал, внесла свои коррективы в его жизнь, принося новые проблемы. Он сталкивается с трудностями, предательством и опасностями в борьбе за выживание в суровых условиях. В этом приключенческом романе, сочетающем элементы детектива, боевика и попаданцев, читатель погружается в мир, где каждый день – борьба за выживание, а каждый враг – угроза. Встречаются новые люди, возникают сложные ситуации, которые герой должен преодолеть. Он должен не только выжить, но и защитить свою семью и близких. Книга полна динамичных событий и захватывающих поворотов сюжета.
Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира
Елисей, опытный агент спецслужб, вновь оказывается втянутым в опасную игру. На этот раз его преследуют государственные разведки, стремящиеся устранить его. В ситуации, когда его решают убрать, Елисей объявляет кровную месть. Он готов на все, чтобы отомстить за себя и своих близких. Его путь к справедливости полон опасностей и противостояний. В этом напряженном противостоянии Елисей сталкивается с коварными врагами, используя свои навыки и знания, чтобы раскрыть правду и добиться справедливости. Книга полна динамичных действий, интриг и поворотов сюжета.