Пока ты со мной

ОКТЯБРЬ

Кристал Шоуэк, боясь, что визг электрооткрывалки разбудит бабушку и дедушку, вскрыла банку обычным консервным ножом. Маленькая кухонька наполнилась рыбьим запахом концентрата для кошек. Девочка натянула куртку, сунула в карман горсть печенья, положила в рюкзачок учебники и взглянула на керамические часы в виде яблочного пирога, висевшие над плитой. Школьный автобус придет только через сорок минут. Держа в руках банку консервов и пластмассовую вилку, Кристал открыла дверь черного хода и вышла наружу.

Небо начинало розоветь, за ночь на деревьях и кустах серебристым налетом выступил иней. Кристал оглянулась на домик и быстро зашагала по дороге. Это был классический новоанглийский загородный коттедж: крыша из кедровой дранки, белые стены, с которых под воздействием морского воздуха давно облупилась краска. Когда-то дедушка регулярно красил их, но в последнее время ему стало трудновато лазить по лестнице вверх-вниз, и он только ворчал, что, мол, неплохо бы помалярничать.

Девочке всегда нравилось приезжать сюда на летние каникулы, особенно с тех пор, как бабушка и дедушка удалились на покой и поселились в Бейланде постоянно. Сама Кристал и ее мать Фэйт жили в Нью-Йорке, в запущенной однокомнатной квартирке, и поездки в тихий городок на массачусетском побережье были похожи на экскурсии в рай. Девочке нравилось здесь все — и узкая кровать на застекленной веранде, и шум океана, рокотавшего совсем рядом, через улицу, за дюнами. Прошлым летом, за две недели до того, как Кристал должно было исполниться девять лет, ее мать умерла, и с тех пор девочка поселилась у бабушки и дедушки. Взрослые говорили, что Фэйт скончалась от воспаления легких, но Кристал с раннего детства знала, что такое наркотики и к чему приводит передозировка. Но она не перечила взрослым, делала вид, что верит им.

На берегу в этот ранний час было совсем пусто. Кристал дошла по гудроновой дорожке до входа в маленький лесистый заповедник, отделявший городские улицы от пляжа. В заповедник, расходясь, вели три тропинки, вымощенные кедровыми плашками и огороженные перильцами. По одной из них можно было сразу попасть на пляж, а две остальные пролегали по болотцу среди зарослей. Через каждые несколько метров располагались скамейки и информационные щиты, на которых подробнейшим образом описывалось, каких птиц и какие растения можно наблюдать в этом месте. Но Кристал и без подсказок знала, где обосновались кошки. Она уверенно свернула на тропинку, помеченную синей стрелкой-указателем.

Когда Кристал сказала дедушке, что в птичьем заповеднике поселились бродячие кошки, старик пробурчал: «Черт бы побрал этих дачников». Вообще-то Кристал надеялась, что дедушка разрешит привести кошек домой, но тут ей сразу стало ясно: эта идея у него поддержки не найдет.

— Дачникам нравится заводить себе на лето какую-нибудь живность, а потом они возвращаются в город, и поминай как звали, — возмущался дедушка. — Бросают своих любимчиков на наше попечение.

При этих словах у Кристал на душе стало неуютно. Она хотела было пошутить, что дедушка до пенсии и сам был дачником, но, похоже, момент для шуток получался неподходящий. А накануне вечером она случайно услышала, как он говорил бабушке: «Всю жизнь мечтал на старости лет возиться еще с одним ребенком». Бабушка зашикала на него, чтобы он говорил тише, и дальше Кристал ничего не слышала.

— Кис-кис, — позвала она, оглядывась по сторонам.

Деревянный настил поскрипывал под ее кроссовками. По обе стороны дорожки шелестела высокая болотная трава. Приземистые деревья тянули к девочке свои узловатые темные ветки, с которых давно облетела листва. Всякий раз, оказываясь в заповеднике, Кристал вспоминала сказку о Спящей красавице — вот она лежит, погруженная в беспробудный сон, а ее покой со всех сторон окружают колючие заросли терновника.

— Кис-кис, где вы там? — позвала Кристал тоненьким голоском.

В кустах неподалеку от «синей» тропинки несколько недель назад поселились три кошки. В первый раз Кристал увидела их, когда совершенно случайно встретилась взглядом с парой желтых глаз, смотревших на нее из зарослей. От неожиданности Кристал даже перепугалась — особенно когда кошки бросились врассыпную. На следующее утро она принесла им поесть. Нашла место посуше, перегнулась через перила и разложила корм. Кошки с подозрением наблюдали за ней, не оставляя своего убежища и держась от дорожки подальше. Кристал ушла, а когда появилась здесь в следующий раз, корма уже не было. Что ж, подумала она, нет ничего удивительного в том, что кошки не верят людям. Ведь люди их бросили, не заботясь об их судьбе. Как же теперь они будут им верить?