Поиск

Лошадиные копыта звонко цокали по замерзшей дороге, иногда с хрустом проламывая корочку льда в оставленных телегами колеях. Наших гнедых неказистых коньков мы с Тиану назвали незатейливо — Сивка и Бурка. Впрочем, приглядевшись, знаток мог бы рассмотреть под зимней лохматостью крепкие сухие ноги, глубокую грудь, отлогое плечо и обеспечивающую плавность аллюра длинную холку — лошадок нам Арден подобрал «с секретом». Они были намного резвее и выносливее, чем казались на первый взгляд.

Я крутила головой по сторонам. Воздух-то какой! — терпкий, весенний, сладкий… Прозрачный зимний еще лес то подступал к дороге вплотную, то раздвигался, открывая взгляду бурые проплешины покрытых прошлогодней травой полян. На солнцепеке местами уже пробивалась зеленая травка, в которой маленькими желтыми солнышками распустились самые первые весенние цветы, но на опушке, под сумрачно-зелеными лапами елей, где даже в полдень царила полутьма, лежали сугробы — уже источенные теплым воздухом, с кружевной ноздреватой корочкой наста поверху.

В первый раз в жизни я оказалась на свободе. Без свиты, без охраны, без кареты, махнув рукой на придворный этикет. Впрочем, охрана у меня была — и какая! — обвела довольным взглядом едущего рядом Тиану. Тот блеснул улыбкой в ответ.

Сейчас никто не распознал бы в нем эльфа. И тонкие черты, и яркий цвет золотистых волос скрывала иллюзия, превратившая Ти в симпатичного, но обычного парня лет двадцати. Хотя мне его маскировка не мешала, ведь морок на жениха накладывала я сама. Меня мы тоже магически «перекрасили» в милую, но довольно заурядную длиннокосую девицу лет семнадцати-восемнадцати. Охотничий костюм завершил преображение — теперь при самом буйном воображении, даже после полной кружки гномьей «Горной слезы», никому б и в голову не пришло, что перед ним кронпринцесса, пустившаяся по своей надобности в путь. Тем более всем было известно, что наследница Драконьей Империи отправилась в монастырь святой Цецилии изучать заветы Храма и отдыхать в яблоневых садах.

Не выдержав, хихикнула. Вместо меня и камеристки в цитадель нравственности и кротости отбыла под мороками пара малолетних хулиганов эльфийской крови — Эрис и Эмит. И когда мы с Ти по вечерам пытались прикинуть, во что может вылиться пребывание одаренных криминальными талантами братцев в стенах обители благочестия, от нашего хохота шарахались даже меланхоличные Сивка с Буркой.

Устав покачиваться в седле, я заерзала. Вот бы спрыгнуть с лошади, размяться… Ехали мы уже долго. Солнце повернуло за полдень, лед на дороге давно растаял, под копытами чавкала грязь. Теперь мы рысили гуськом по обочине, я впереди, Тиану следом.

К тому же и дорога повернула сейчас на север, а очень хотелось подставить солнечным лучам лицо. Обернулась и вопросительно посмотрела на Ти. Тот правильно понял мой взгляд и улыбнулся:

— Если хочешь, давай свернем в лес, поищем местечко для привала. Но тогда и ночевать будем там же, до села нам уже сегодня не доехать. Согласна?

А почему бы и нет? Фуража в торбах для коней у нас было запасено на несколько дней, на лошадиных крупах лежали скатки теплых непромокаемых одеял, а ясная погода сулила в ночные часы зрелище звездной россыпи над головой. Я с энтузиазмом закивала.

Кони, осторожно переступая копытами по скользкой прошлогодней траве, петляли между стволами деревьев, углубляясь в лес. За лошадок я не боялась — еще не выехав за ворота Ларрана, мы укутали их драконьими щитами, и теперь ни переломы ног на плохой дороге, ни случайная стрела или острый сук были им не страшны.

Вскоре Ти повернул туда, где вершины деревьев редели, открывая небо. Эльф угадал — проехав совсем немного, мы оказались на просторной светлой поляне. То, что надо! Теплый, сухой, прогретый солнцем пригорок манил присесть, рядом качала ветками цветущая пушистая верба. Пригляделась — во влажной траве уже суетились какие-то мелкие букашки. Откуда-то из леса вырвались в стремительном полете две пестрые рыжие бабочки, проснувшиеся раньше времени от почти летнего тепла, и, покружив над прогалиной в сумасшедшем танце, умчались дальше.

Спрыгнув на землю, мы занялись Сивкой и Буркой. Нужно их расседлать, растереть спины, отстегнуть от уздечек трензели, чтобы кони могли нормально пережевывать овес, насыпанный в привязанные к мордам торбы. Войлочные потники стоит выложить на солнышко — пусть сохнут. Зато лошадей можно не стреноживать — куда они денутся из защитного круга?

Тиану подошел к березам на краю поляны и, как бы прислушиваясь, стал по очереди прикладывать к стволам деревьев ладонь.

— Вот это согласно!

— Согласно на что? — удивленно моргнула я.