Похищенное сердце

Замок Уитлинг, Англия

Сентябрь 1153 года

У Риса ап Овейна было три цели: первая — покинуть навсегда Англию и вернуться на родину, в любимый Уэльс; вторая — выгнать из Уэльса ненавистных англичан, прежде всего всех Фицхью, Уэльс — только для валлийцев; третья, пожалуй, самая неотложная — сокрушить огромного рыцаря, мчавшегося прямо на него.

Рис опустил копье, целясь в щит противника, беря чуть влево от центра, прямо в грудь. Его боевой конь тоже весь подобрался. Толпа вокруг ристалища зашумела, задвигалась; всадники сблизились и сшиблись. Металлический лязг пронесся над полем. Столкновение было столь жестоким, что Рис едва удержался в седле. Копье противника со скрежетом отскочило от его щита, тогда как его копье твердо уперлось, и в тот же миг что-то впереди поддалось, не устояв перед сильным ударом.

Взметнувшаяся в воздух пыль на секунду заслонила от зрителей картину схватки, но Рис шестым чувством ощутил знакомый запах победы. Несомненно, он опять одержан верх. Рис полной грудью вдохнул пыльный воздух, в котором смешались запахи конского и человеческого пота. За прошедшие три года он участвовал в двадцати девяти рыцарских турнирах, и всего лишь четыре раза его выбивали из седла, а за последний год — ни разу.

Радость победы охватила не только всадника, но и его друга — боевого коня, он игриво бил задом и буквально приплясывал под хозяином. Оглянувшись, Рис увидел, как лошадь его противника, но уже без всадника, перешла на шаг и остановилась.

Торжествующий Рис совершил почетный круг по ристалищу, в то время как слуги и оруженосец поверженного рыцаря спешили к неподвижному телу своего господина. Он знал, что говорят о нем люди, какие только прозвища не дают — Рис Беспощадный, Рис Гневный, Рис Бешеный, — и все из-за его нескрываемого желания не просто выиграть бой, но сокрушить своего противника. Растоптать, уничтожить его.

Схватывался ли он с врагом в поединке на учебном плацу или на рыцарском турнире, и тем более на поле битвы, им владела только одна мысль — бить везде и всегда ненавистных и презираемых англичан. Английские рыцари, похоже, питали к нему такие же чувства и рвались в бой с надменным валлийцем, а он тоже был не прочь сбить с них спесь.

Благодаря силе, доблести и турнирным удачам Рис разбогател так, как ему и не снилось, но деньги не прельщали его.

Остановив коня перед трибуной владетельного лорда, он заметил, как поднялась со своего места какая-то дама. Сквозь прорези забрала он не мог разглядеть, кто перед ним — жена лорда или его дочь. Дама протянула вперед красный шелковый шарф, вышитый белыми цветами, рыцарь подъехал поближе и склонил копье. Этот знак признания служил наградой победителю турнира, но золото и серебро, которые должны были заплатить ему побежденные рыцари за право вернуть назад свои доспехи и боевых коней, значили для Риса намного больше.

«Удачный день», — мелькнуло в голове Риса, застывшего на коне перед богато украшенной ложей лорда Уитлинга. Ему удалось собрать немало трофеев на этом турнире.

Он протянул склоненное копье к знатной даме, она, улыбнувшись, повязала шарф вокруг древка возле наконечника. Это была сама жена лорда, а не дочь — прелестная, но, увы, наивная и невинная.

Рис снял шлем, и толпа зрителей разразилась рукоплесканиями, одобрительными криками и топаньем ног о деревянный настил трибун. Увидев, как четверо слуг уносят на носилках последнего поверженного рыцаря, кое-кто из зрителей презрительно засвистел в его адрес, но большинство зашумело еще сильнее, выражая свой бурный восторг.

— Объявляю сэра Риса победителем Уитлингского турнира, — громко сказала жена лорда.

Ее муж, сидевший рядом, подняв кубок, осушил его до дна, затем рыгнул. Жена, не обратив на его выходку никакого внимания, пристально взглянула в лицо Рису:

— Вы не откажетесь присоединиться к праздничному столу сегодня вечером?

Ее сладострастный взор красноречиво говорил, что после пира она ждет его в своей спальне.

Рис молча кивнул и осклабился. Хоть дочь лорда была и моложе, и красивее, но за ней внимательно следили, тогда как ее мать, охваченная страстью, наверняка привыкла ловко обделывать любовные интрижки. Ее маленькие, горящие от нетерпения глазки с нескрываемым вожделением рассматривали могучую фигуру Риса.

Он не сомневался в том, что ночь будет бурной и любвеобильной, а на рассвете он отправится в Гиллинг на другой рыцарский турнир. Ходили слухи, что король Стефан согласился на условия юного Генриха, герцога Нормандского, претендовавшего на королевский престол. В воздухе явственно ощущался ветер грядущих перемен, а с ними наступала пора новых возможностей, и опытный умелый человек не мог не воспользоваться всеми выгодами складывающегося положения дел.