Похищение свободы

Около семнадцати часов, когда солнце еще довольно высоко висело над гладью Тихого океана, из Портленда вылетел двухмоторный военно-транспортный самолет. Жаркие лучи солнца проникали через иллюминаторы в самолет, не отличавшийся особым комфортом. Пассажирами самолета были двадцать солдат и двое гражданских, которые изнемогали от духоты и всевозможных неприятных запахов. В течение долгих трех часов, показавшихся пассажирам вечностью, под крылом самолета медленно проплывало западное побережье Канады с необитаемыми островками, светло-зелеными хвойными лесами, причудливыми фиордами и терракотовыми скалами, о которые разбивалась, оставляя белые барашки пены, океанская волна.

Ни один из летевших не разглядывал в иллюминатор землю, которую им не раз приходилось видеть о высоты птичьего полета, к тому же духота и монотонный рокот моторов усыпляли. Временами солдаты с любопытством поглядывали на женщину, сидевшую во втором ряду слева. И неудивительно, ведь она была молода, у нее были светлые волосы и нежная, как кожура персика, кожа. Капрал, сидевший позади женщины, несколько раз наклонялся к ней, вдыхая аромат ее волос. Наконец он подул ей в затылок и спросил:

— Так не прохладнее?

— Нисколько, — ответила Бренда Рид. — Может, лучше помахать газетой?

— Ваш покорный слуга, — стараясь казаться галантным, ответил капрал и энергично замахал свернутой газетой, подмигивая при этом товарищам, которые должны были видеть, что красотка с ним заговорила.

Когда самолет летел над заливом Куин-Шарлотт, мистер Грей обратился к даме:

— Пересядь на мое место, Бренда, здесь тебе будет прохладнее.

— Хорошо, Гордон… если тебя это не затруднит. — И она пересела в кресло, расположенное ближе к проходу.

Предупредительность Грея тронула Бренду. Меняясь местами, они слегка коснулись друг друга, и на нее пахнуло дымом дорогих сигар, которым пропитался его костюм, и терпким ароматом крема, которым он пользовался после бритья. Однако легкий трепет, который она всегда при этом испытывала, на сей раз почему-то не дал о себе знать. Но почему, собственно? Почему? Ведь Гордон был таким образцовым партнером, сильным, элегантным…

Бренда слышала, как Гордон повернулся к капралу и спросил:

— Давно не видел девушек, не так ли?

— Видеть-то видел, но дела с ними не имел.

Услышав, как захихикали солдаты, Грей поджал губы.

— Со всеми иметь дело невозможно, юноша, — бросил он, сверля взглядом одного из солдат.

Капрал замолчал.

— Что с тобой, Гордон? Уж не ревнуешь ли ты? — нахмурив брови, шепотом спросила Бренда.

— К этому бедолаге? Разумеется, нет.

— Тогда успокойся, пожалуйста.

— Охотно, если они перестанут пялить на тебя глаза.

— Они не перестанут, дорогой.

— Тогда им будет не до смеха.

Бренда скривила губы: в последнее время такие сцены повторялись довольно часто. Но что она могла поделать? Она восхищалась Гордоном, его энергией, умом, опытом. Он был самоуверен и способен постоять за себя и защитить ее. Плевать он хотел на неприязненные взгляды этих солдат, ведь, хотя ему далеко за тридцать, он еще очень силен. В какой-то мере он относился к ней как к собственности, но разве это так уж плохо? Ей предстояло прожить с Гордоном жизнь. Это, вероятно, будет жизнь без особых волнений, без резких взлетов и стремительных падений, просто размеренная обеспеченная жизнь. И если она решит остаться с ним, ничто ей не угрожает.

Над архипелагом Александра самолет пошел на снижение: пилот взял курс на военно-морскую базу Ситка, расположенную на острове Бараноф. Незнакомое ощущение в животе заставило Бренду закрыть глаза. Неужели это то самое, чего она так хотела? Прожить жизнь в покое и благополучии, разумеется, неплохо. Правда, Гордон Грей небогат, зато занимает довольно высокий пост. По сравнению с ее отцом, полковником Ридом, он сделал такую головокружительную карьеру, что для него оказались открытыми двери домов многих высокопоставленных особ. На досуге Бренда довольно часто сравнивала судьбы этих двух людей — своего отца и полковника Грея.

Ее отец, Тони Рид, пятнадцать лет назад, будучи майором авиации, попал в плен к японцам на Филиппинах. Несмотря на ранение, он стойко перенес все тяготы плена, но возможность сделать карьеру была упущена. Его товарищи стали генералами, а Рида командование ВВС откомандировало на Крайний Север, где ему было суждено закончить службу в чине полковника. Все его мечты увенчались тем, что он стал комендантом военно-воздушной базы на Аляске.