Подстреленный телефон
Описание
Добро пожаловать в увлекательный мир фантастического детектива! В этом произведении, полном тайн и загадок, читатель окунется в атмосферу исчезнувшего города. Автор Мария Фомальгаут исследует тему реальности и иллюзии, заставляя задуматься о природе существования и нашего места в нём. История, полная неожиданных поворотов и интригующих персонажей, приглашает читателя в путешествие по непознанному. В центре сюжета – загадочный телефон, который стал ключевым элементом в разгадке тайн исчезнувшего города. Необычные события и метафорические образы создают уникальную атмосферу, погружая читателя в атмосферу мистики и ужасов. Это захватывающее чтение для поклонников современной прозы, детективов и фантастики.
ISBN 978-5-4498-6388-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Вот что.
Я вам подарю дом.
Нет, не отказывайтесь, это в знак примирения.
Ну, должны же мы отметить как-то, что помирились, верно?
Ну вот, я вам подарю дом. Очень красивый дом, в два этажа. Там кухня будет, и столовая, и гостиная, а на втором этаже спальня и кабинет, и ванная с бежевым кафелем.
Отличный дом, честно я вам говорю. Правда, немножко кривой. Но это же не страшно, правда? Сейчас это вообще модно, дизайнерские решения, неровные дома, в Англии такой, например, есть… кстати, я вам даже не сказал, где этот дом, может, вообще в каком-нибудь удивительном месте, в котором вы давно мечтали побывать…
…кстати, да.
Место экзотическое, скажу я вам. Чтобы туда добраться, бешеные деньги нужны. А чтобы жить, так еще бешенее деньги нужны. А я вам все это бесплатно.
Так что соглашайтесь, не пожалеете.
Согласны?
Да, дом чуток искривленный. Но не сильно, это и не помешает вам совсем.
Согласны?
Ну, давайте.
Заселяю.
А?
Почему дом-то искривлен?
Не-ет, архитекторы тут не при чем.
Дом изогнулся, потому, что изогнулось пространство.
Ну, да, так бывает. И вы мне даже скажете, где.
Верно, где гравитация зашкаливает, там так и бывает.
Возле черных дыр.
Но дом совсем не сильно искривлен, вы не беспокойтесь. Правда, чем дальше, тем сильнее пространство закручивается в спираль, и дом вместе с ним, и вы тоже, вытянетесь в бесконечную тончайшую спираль вокруг черной дыры…
Шах и мат.
Я уничтожил вас.
Не беспокойтесь, я тоже погибну – ведь я уже успел открыть ваш подарок, где вы заботливо приготовили мне…
– Как развешивать будем?
Он смотрит на меня косо. Думаю про себя, еще раз посмотрит косо, – развернусь и уйду, я не для того сюда пришел своё время и силы тратить, чтобы на меня еще косо смотрели. Он хочет что-то ответить, не отвечает, он и сам не ожидал, что кто-то придет в заброшенный музей, чтобы помочь, он думал, что все это и будет валяться вот так, в хаосе, в звездной пыли, в лужах прошлого…
– Ну… э…
…подхватываю:
– Проще, конечно, в алфавитном порядке развесить…
Он презрительно фыркает. Поспешно продолжаю:
– Ну да, да, это ерунда получится, кому он нужен, этот алфавитный порядок… я просто в компьютер чего забиваю, он сразу в алфавитном порядке все раскладывает, но…
…спохватываюсь, что сейчас придется объяснять ему, что такое компьютер, – а нет, не придется, не до компьютера ему, ни до кого, ни до чего…
– А может, это… по ареалам обитания во вселенной?
В подслеповатых глазах огонек оживления.
– Дело говорите… от дальних квазаров и дальше, по галактикам…
Оглядываю стену, прикладываю полки, прикидываю, где им быть, подчеркиваю огрызком карандаша, начинаю прикручивать шуруповертом, работы всерьез и надолго…
Какого черта я делаю, спрашиваю я себя, какого черта. А что я хотел, надо же что-то делать, к кому-то прибиться, прижиться, присоседиться, в одиночку я не выживу.…
…выпускаю стрелу.
Звезда падает, пронзенная насквозь. Это плохо, что насквозь, шкуру повредил…
Ну да ничего, ничего, осторожно извлекаю стрелу, осторожно снимаю со звезды шкурку, не попортить бы, вычищаю, выделываю, набиваю, знатное получилось чучело…
…ему страшно.
Вот теперь ему по-настоящему страшно.
Не раньше – когда музей оказался на грани гибели, в полуразрушенном здании неведомо каких времен, когда бесценные экземпляры были в хаосе свалены сюда, в грязь, в песок, и надо было что-то делать, приводить все в порядок, спасать то, что еще можно было спасти…
Страх.
Боль.
Отчаяние.
А потом настоящий страх – когда он вернулся к руинам ближе к рассвету, когда увидел аккуратно расставленные полки, аккуратно почищенные чучела…
Черт….
Черт, черт, черт…
Ему страшно.
Он выжидает.
Оглядывается.
Ни шороха, ни вздоха, ни движения – но что-то есть, что-то, что-то, что-то совсем рядом, вон там, в темноте…
Щелчок выключателя.
Вспышка света.
И – страх.
Вот теперь настоящий страх при виде того, что там, там, там.
Оно.
Нечто.
Несуразное.
Жуткое.
Оно склоняется, оно собирается атаковать, оно трещит что-то в неведомом диапазоне…
….атаковать…
Оно замирает.
Наклоняется над песком. Сейчас можно уничтожить это одним всполохом пламени.
А потом он с замиранием смотрит, как неведомое нечто собирает из досок простенькие подставки под музейные бесценности, бесценные музейности…
Здрасть – непередаваемый диапазон, знак начала контакта.
Дасв, данна – непередаваемый диапазон, знак обрыва контакта…
– …можно по спектрам расставить, – продолжаю я, – по классам…
Он настораживается:
– По каким еще классам?
– Ну, О, Ка…
Пытаюсь объяснить что-то про температуру, про спектр излучения, про ви… не, про видимый не надо, он не поймет, что такое видимый свет, мало ли что он там видит… Продолжаю что-то про водород, гелий, калий, фтор, рисую структуры атомов – он восхищенно смотрит, он в жизни бы не догадался…
– Вот так… по спектрам их…
Похожие книги
Аккорды кукол
«Аккорды кукол» – захватывающий детективный роман Александра Трапезников, погружающий читателя в мир тайн и опасностей. В центре сюжета – загадочный мальчик, проживающий в новом доме, и его странное поведение. Владислав Сергеевич, его жена Карина и их дочь Галя сталкиваются с непонятным поведением ребенка, который заставляет их задуматься о безопасности и скрытых угрозах. Напряженный сюжет, наполненный неожиданными поворотами, интригой и тревожным предчувствием, заставляет читателя следить за развитием событий до самого финала. Это история о скрытых мотивах, подозрениях и борьбе за правду, в которой каждый персонаж играет свою роль в запутанной игре.
Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов
В новом теле, в другом времени, на Кавказе, во время русско-турецкой войны. Матвей, бывший родовой казак, оказывается втянутым в водоворот событий: осада крепости, стычки с горцами, противостояние контрразведке. Он пытается скрыться от внимания власть имущих, но неизбежно оказывается в гуще заговоров и опасностей. Каждый день приносит новые приключения, враги и кровавые схватки. Выживание в этом жестоком мире становится главной задачей для героя. Он сталкивается с трудностями, но не опускает руки, сохраняя свой характер и привычку бороться до конца.
И один в тайге воин
В таежной глуши разворачивается история смелого старателя, который, казалось, обрёл всё, о чём может мечтать обычный человек. Но война, которую он ждал, внесла свои коррективы в его жизнь, принося новые проблемы. Он сталкивается с трудностями, предательством и опасностями в борьбе за выживание в суровых условиях. В этом приключенческом романе, сочетающем элементы детектива, боевика и попаданцев, читатель погружается в мир, где каждый день – борьба за выживание, а каждый враг – угроза. Встречаются новые люди, возникают сложные ситуации, которые герой должен преодолеть. Он должен не только выжить, но и защитить свою семью и близких. Книга полна динамичных событий и захватывающих поворотов сюжета.
Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира
Елисей, опытный агент спецслужб, вновь оказывается втянутым в опасную игру. На этот раз его преследуют государственные разведки, стремящиеся устранить его. В ситуации, когда его решают убрать, Елисей объявляет кровную месть. Он готов на все, чтобы отомстить за себя и своих близких. Его путь к справедливости полон опасностей и противостояний. В этом напряженном противостоянии Елисей сталкивается с коварными врагами, используя свои навыки и знания, чтобы раскрыть правду и добиться справедливости. Книга полна динамичных действий, интриг и поворотов сюжета.