Подружка невесты

Три часа дня, квартира в центре большого города.

Он подошёл сзади, и что – то спросил. Я ответила. Он чуть наклонился, и посмотрел в зеркало на моё лицо. Я улыбнулась, и опустила в смущении глаза. Он всё понял прекрасно и без слов. Сделал ещё шаг ко мне, обнял. С замиранием сердца прижимаюсь спиной к мужчине. Сильные руки сжимают грудь, опускаются ниже, скользнув по животу оказываются на бёдрах. Наглые пальцы задирают подол платья, всё ближе подбираясь к моим трусикам. Низ живота вздрагивает в сладостных спазмах, жаркое дыхание опаляет кожу, губы покрывают поцелуями шею и плечи. В спину, обжигая даже через ткань платья, упирается то, что пытается вырваться из плена его брюк. Последние остатки здравого смысла тают, словно снег под тёплыми лучами мартовского солнца. Я пытаюсь бороться с его руками и губами, но получается плохо. Я словно два разных человека. Один очень хочет продолжения того, что сейчас происходит, второй мучается угрызениями совести из – за этого. Я всё глубже проваливаюсь в пучину безумного желания полностью отдаться во власть мужчины, и совершенно не понимаю, как этому противостоять? Как вообще такое могло с нами произойти? Остатками гаснущего от наслаждения разума, я вспоминаю, как могла так низко пасть.

Он приехал в девять утра. Я сама попросила свою подругу о помощи. Она не отказала, но не пришла сославшись на дела, а вместо себя отправила сына. И вот, мне целый день будет помогать Сашка. Я знакома с его мамой, уже наверное, лет десять. Иногда вижу его на каких то праздниках, и днях рождения общих знакомых, вот и всё наше общение. А дел и правда, очень много. Через неделю свадьба моей дочери, и чем ближе эта дата, тем больше появляется дел. Они нарастают словно снежный ком, практически на пустом месте. Господи, скорее бы всё это закончилось. Я просто хронически не успеваю даже мебель переставить, а делать это придётся. Надо освобождать прихожую для сватовства, и зал для гостей. Хорошо хоть свадьба пройдёт в кафешке рядом с домом. Ну как, свадьба, только близкие родственники и немного друзей.

Сашка позвонил в домофон без двух минут девять. Я уже была готова к трудам праведным, бросив последний, контрольный взгляд в зеркало, открыла ему дверь. Наряжаться для него мне не надо, я даже не красилась. Я в халате, под ним топик, на ногах потрёпанные жизнью тапки. Нам всё равно полдня мебель переставлять, к чему наряжаться?

– Здравствуйте, Ирина Андреевна!

– Привет, Саша, как дела? Ты прямо возмужал за последние несколько лет. И называй меня пожалуйста, тётя Ира. Твоё: “Ирина Андреевна”, словно прибавляет мне двадцать лет.

– Хорошо, тётя Ира – послушно ответил он, – Дела нормально. Так мне пора уже “мужать”, двадцать пять исполнится осенью – добавил он с улыбкой.

– Ого! Двадцать пять. Время летит быстро.

– С чего начнём – спросил он.

– Да вот, надо тумбу для обуви в мою спальню оттащить, а потом снять вешалку, и тоже туда. Не думаю, что она пригодится, на улице плюс двадцать пять.

– Как скажете, тётя.

Сначала я пытаюсь ему помочь, неуклюже хватаюсь за мебель, но пользы от меня мало, только мешаю. Он пару раз гневно на меня посмотрел, когда я в очередной раз пыталась ему “помочь”. Я прекращаю свои попытки, и просто смотрю, как он носит тяжёлую мебель. Да уж, крепкий мужчина. Смотрю на него, и вспоминаю свою молодость. Я бы точно такого парнишу не пропустила мимо. Но, прошлое не вернуть.

Разница в возрасте с Александром у нас не очень большая, мне тридцать восемь, ему двадцать пять, моей дочери – девятнадцать. Да уж, не успела оглянуться, а дочь уже замуж выходит.

– Сашка, ты то когда женишься?

– Скоро, как только встречу женщину своей мечты.

– Ну, тогда удачи тебе в этом.

– Спасибо.

Сашка стоит у вешалки, он обхватил, и пытается снять сразу несколько вещей. Только вот он не знает, что висящее под ворохом одежды моё пальто просто так не снимается. Под ним сломанный крючок висящий вверх ногами, и он попросту намертво цепляется за подкладку. Надо ему помочь, пока он всё не изорвал.

– Сашка, не дёргай, порвёшь! Я сейчас тебе помогу.

– Хорошо, а то я не вижу, что там зацепилось.