Подпись равноценна смерти

Ночную тишину нарушил мощный взрыв, от которого в соседних домах едва не повылетали стекла. Оксана вскочила с кровати и подбежала к окну – в свете недавних событий ей казалось, будто это террористы взорвали город. Несмотря на то, что стояла глубокая ночь, ее комната озарилась странным красноватым светом. Ксюша отдернула занавеску и выглянула в окно – соседний дом был охвачен огнем. Она посмотрела на сына – он крепко спал, сильный взрыв не потревожил его детский сон. Ксюша накинула пальто и вышла во двор.

В это время на улице раздался вой сирен, послышались крики людей. Пожарная часть была всего в паре кварталов от Оксаниного дома, поэтому они приехали почти сразу же, как только начался пожар. Машина резко затормозила перед пылающим домом, из нее повыскакивали люди и стали громко кричать и бегать вокруг машины. Все это походило на сцену из какого-то фильма ужасов.

Пожарники долго не могли совладать с огнем, дом полыхал, словно бочка с порохом. Когда же спасателям удалось, наконец, сбить пламя, то от дома почти ничего не осталось. Ксюша открыла калитку и вышла на улицу. Она подошла поближе к догорающему дому, там уже стояли две ее соседки: старая бабулька и девушка, ровесница Оксаны.

– Что здесь произошло? – спросила она старушку, глядя на тлеющие останки дома.

– Ох, Оксаночка, сгорел наш деда Миша, и дом его сгорел, – тяжело вздыхая, ответила ей соседка.

– Ну, что вы, баба Клава, говорите, ведь неизвестно еще, был ли он дома или нет, – то ли успокаивая, то ли укоряя, возразила ей девушка. – Сейчас пожарники осмотрят все и уж только потом нам скажут, что случилось. Может, он уехал куда и спит сейчас где-нибудь преспокойно. У родственников, например.

– Да какие ж, дочка, у него родственники-то? Один он был на свете, один, как перст.

– И детей, что ли, нет? – встряла в разговор Оксана.

Старушка отрицательно покачала головой и вытерла слезы, катившиеся по ее щекам.

Они молча смотрели на пожарных, которые не спеша собирали шланги и складывали их в машину. С неба падали крупные хлопья снега. Казалось, весь мир был укутан этим пушистым покрывалом, и на этом умиротворяющем фоне тлеющий дом выглядел еще ужаснее.

Краем глаза Оксана заметила, что рядом с пожарной машиной остановилась милицейская. Оттуда вышли два человека и направились к дому, один из пожарных сопровождал их.

Оксана уже потеряла смысл происходящего, тупо смотрела на людей, машины и не могла понять, что же здесь произошло. Из этого ступора ее вывел подошедший к ним человек.

– Вы, наверное, соседи, – обратился к ним мужчина, на что они дружно, словно по команде, кивнули головой.

– Кто-нибудь из вас видел, как начался пожар? – спросил он.

– Я, – тихо ответила Ксюша, продолжая смотреть куда-то вдаль.

Человек хотел было расспросить ее подробнее, но, внимательно посмотрев на нее, понял, что сейчас он ничего не добьется. Он лишь спросил ее фамилию и отошел, посоветовав всем напоследок расходиться по домам.

Оксана с молодой соседкой уже почти развернулись, чтобы уйти прочь, но тут их внимание привлекли два человека, которые выносили что-то из тлеющего дома.

Баба Клава схватилась за сердце и стала медленно сползать по забору, на который она опиралась. Девчонки сперва сами попытались поднять женщину, но, заметив, что ей совсем плохо, стали звать на помощь.

На их крики подбежал какой-то мужчина, узнал, в чем дело, и посоветовал посадить бабушку на снег, а сам тем временем побежал к машине.

Через несколько минут возле них уже стояла целая толпа людей. Бабе Клаве дали какую-то таблетку, а потом, когда ей стало получше, двое пожарников взяли ее под руки и завели в дом.

– В доме кто-нибудь был? – спросила Ксюша у людей.

– Был, – сухо ответил ей мужчина.

Постепенно разъехались пожарники и милиция, стали расходиться зеваки, и уже через десять минут улица опустела, погрузившись в темноту. Девушкам оставалось только вернуться домой.

Сегодня Алина сильно задержалась на курсах английского языка, последнее время студенты просто не давали ей покоя. Ей начинало казаться, что это не они сдают экзамены, а она. Их бесконечные вопросы начинали раздражать ее. Девушка вышла из Академии и взглянула на часы – было уже десять вечера. С неба хлопьями валил снег, она сильнее надвинула на глаза шапку и заспешила на остановку.

Алина посмотрела на дорогу и увидела приближающийся троллейбус. Понимая, что следующего ей придется ждать целую вечность, она, не глядя по сторонам, побежала быстрее. И тут, где-то совсем близко, Милованова услышала скрежет тормозов.

Почувствовав легкий удар в бок, она упала на дорогу, покрытую снегом.

– Вы живы? – спросил ее испуганный голос.

Шапка окончательно сползла Алине на глаза, и девушка никак не могла понять, что с ней происходит, только почувствовала, как кто-то поднимает ее с земли.

Милованова поправила свою упрямую шапку и увидела перед собой симпатичного молодого человека, который озабоченно смотрел на нее.

– Вы в порядке? – снова поинтересовался он.