С подлинным верно

Десять часов вечера тридцать первого декабря. Через два часа кончится старый год. На улицах маленького города необычайное для этого времени суток оживление. Окна домов льют на улицы, на сугробы и палисады мягкий электрический свет.

Местное отделение связи уже закрыто. За оконцем, ведущим из операционного зала в комнатку, где стоит коммутатор телефона, видно грустное лицо дежурной телефонистки. Ей девятнадцать лет, и сразу понятно, что дежурить в такую ночь для нее — большая неудача.

До сей поры вызовы едва ли не со всех номеров местной сети не давали ни секунды покоя одинокой телефонистке. А теперь сигналы тревожат девушку пореже. Пользуясь паузой, она вызывает железнодорожную станцию и разговаривает со своей подружкой, которая также обречена до утра оставаться на работе…

— Валечка? — печальным голосом говорит телефонистка. — Это я, Зоя… Ага. Дежурю. Понимаешь, тетя Дуся больна, Анна Акимовна дежурила утром, вот и приходится мне. Ага. Я думала в Доме офицера встречать. Ага. С Вовой… Уже платье себе сшила, купила лаковые туфли… И он как раз новый мундир получил, фуражку с золотым козырьком… Так обидно, так обидно: весь город будет веселиться, только я одна взаперти до утра… Обожди, у меня вызов…

Слушаю. Кого, кого?.. Товарищ Чепурин уже ушел из поселкового совета. Нет, домой еще не дошел… Позвоните минут через десять. Спасибо, и вам желаю хорошо встретить… Валя? Ну вот… А в Доме офицера сегодня — бал… Концерт, потом танцы чуть не до утра… И все будут веселые… Потом я же знаю: Клавка Воронцова непременно будет кокетничать с Вовой. Ох, знаешь, как она ему глазки строит?.. Тебе-то, конечно, ничего, а я…

Да. Слушаю. Соединяю… Валя? Ну вот… Хорошо, когда твой Павел рядом с тобой в диспетчерской дежурит… Обожди: меня вызывают… Да. В школу теперь звонить не стоит: там уже никого нет… Ах, верно, я забыла: в школе тоже встречают Новый год… Даю. Школа? Ответьте детсаду. Детсад, говорите со школой. Директор у телефона.

Ты подумай, Валя, — в детсаду тоже встречают Новый год… Не дети, конечно, а воспитательницы, плюс из поликлиники девушки, плюс из роддома сестры… Говорят, у них кавалеров не хватает. Вот, наверно, скучища будет… Впрочем, к ним могут прийти ребята из пехотного училища… Вдруг и Вова пойдет туда? Ох, не повезло мне в этом году… Обожди, Валька: еще вызов…

Да! Ну, телефонная станция… Кого вам? Зою? Я — Зоя… А это — кто?.. Вовочка?! Ты? Вспомнил меня?.. То есть, я понимаю, что ты меня не забываешь, но сейчас, когда я привязана к этому коммутатору… Спасибо, Вовочка, и тебя с наступающим… Теперь уже только в новом году встретимся, — правда?.. Даже смешно: утром увидимся, а уже новый год… Обожди, Вовик, у меня — вызов…

Да. Станция. Даю… Дом культуры? Отвечайте фанерному заводу…

Вовочка, позвони попозже, а то у меня вызовы…

Станция. Кого? Парикмахерская, во-первых, телефона не имеет, а во-вторых — давно уже закрыта… Что, что, что? Работает еще? Но все равно: я не могу вас соединить, если там нет телефона… Постойте, это — кто? Товарищ Камышенко? То-то я смотрю голос знакомый… Так. Так. Так. Ваша жена, наверное, не пропала, а сидит себе в очереди на прическу. Знаете, что сегодня делается?.. Не стоит беспокоиться: успеет… Будьте уверены! И вам желаю…

Да, коммутатор. Даю мельницу. Вы только подумайте: и на мельнице сегодня народ сидит так поздно!.. Встреча у них? Нет, правда, смотрите только!.. Все, все встречают, одна я буду здесь… Станция. Даю Дом престарелых… Далее престарелые будут встречать!.. Эх!..

Вокзал? Валя? Это — я… Который час у вас? Что?! Уже половина двенадцатого?! Ты шутишь!.. Значит, вот-вот уже… Погоди: вызов… Да, коммутатор. Даю… Валька, слышишь? Председателю сельпо Камышенко звонит управляющий дорожным участком — ругается, что тот опаздывает к столу. Камышенко врет, что он уже выходит, но я-то знаю, что он из-за жены не идет: жена застряла в парикмахерской… Ой, Валька, Валька, как мне грустно!.. Через десять минут все меня забудут, и Клавка Воронцова начнет свои атаки на моего Вову… А я — сиди здесь… Ну я тебе потом еще позвоню.

…Минутная стрелка почти совсем соединилась с часовой. Вызовы прекратились. Зоя опустила голову так, что носом задевала мембрану, прикрепленную у нее на груди… И вот через застекленное окно с улицы негромко доносятся звуки государственного гимна: рупор у железнодорожной станции (два квартала от почты) извещает всех о том, что по московскому времени наступил Новый год… Зоя тайком даже от себя вытирает слезинку… И вдруг — через минуту — начинаются вызовы. Зоя едва успевает отвечать: