Подарок для Василисы, и прочие плюшки

— Рыбу! — орал Баюн так, что тряслись стекла в окнах, на которые Василиса клеила самодельные снежинки. — Я сказал купить рыбу, а ты что притащила?

— Чем тебе килька не рыба? — недовольно рычала Елена. — И вообще, раз такой умный, шел бы сам! Канун Нового года, на улицах полно сказочных героев всех мастей, никто бы не удивился говорящему коту. А ты может по запаху и нашел эту рыбу, которую нынче днем с огнем не сыщешь, разобрали все!

Василиса оторвала от них взгляд и с тоской перевела его на улицу, вздохнула. Из окна было видно как в свете уличного фонаря танцует Божена. Снег под ее босыми ногами искрился серебром и золотом, ткань многослойной юбки летала вокруг ног, фатин смотрелся снежной пеленой, и даже отсюда был слышен переливчатый звон бубенцов с браслетов на ее руках и ногах.

Снегурочка, все лето спавшая у них в подвале, как всегда с расцветом зимы расцвела сама. Рядом на лавочке сидел Данила в рубашке и брюках — что камню холод? — и играл ей на губной гармошке.

В Конторе намечался традиционный новогодний корпоратив. И в сборе были все, кроме Кощея. Какой-то молодой судья, явно обделенный семьей и обозленный на весь мир за это и за необходимость причесать статистику рассмотрения дел к первому января, назначил судебное заседание прямо на тридцать первое декабря, и, судя по злому короткому сообщению, которое получила от мужа Василиса, твердо намеревался рассмотреть дело сегодня, чего бы это не стоило ему и окружающим, хотя на часах было уже шесть вечера. Эх, знал бы он, кто сидит у него в кабинете и какой реально может стать цена, авось и одумался бы…

Василиса повесили на окно последнюю снежинку и оглянулась. Недалеко от нее Варвара накрывала на стол, правда, воткнув в уши наушники.

— А это еще что? — снова заорал Баюн, доставая из пакета очередной продукт.

Не имея возможности и дальше выносить распаковки, Василиса юркнула за дверь, прошла до лестницы, спустилась на второй этаж и уже хотела направиться к своему кабинету, но тут же отпрянула обратно на лестничную площадку. По коридору, неистово целуясь и явно не замечая ничего вокруг, то и дело натыкаясь на стену, двигались Настя с Соколом. Василиса аккуратно выглянула из-за угла. Подруга с мужем все-таки добрались до кабинета Настасьи. Настя с трудом нашарила в кармане пиджака Сокола ключ, попыталась открыть дверь со спины вслепую, потому что Финист явно не думал от нее отрываться, но задача оказалась непосильной. Она что-то сказала, и Сокол недовольно отпустил ее. Настя обернулась к двери, вставила ключ и повернула. Сокол рывком развернул ее обратно, подхватил под бедра, сажая себе на талию, и внес внутрь. Хлопнула дверь, стало тихо.

«Ну хоть про купол не забыли», — со смешком подумала Василиса.

Ее поражало, как даже спустя шестьдесят лет брака эти двое умудрялись кипеть такой страстью друг к другу. Однажды она аккуратно задала этот вопрос Насте.

— Дело практики, — подмигнула ей подруга и задорно улыбнулась. — Постоянной практики. А пустишь все на самотек — и пиши пропало.

Опасаясь, что купол Сокол поставил односторонний, Василиса на цыпочках прошла мимо двери Настиного кабинета и наконец попала в свой. Там она села за стол, достала сотовый и набрала Кощею сообщение.

«Скоро?»

Ответ пришел быстро.

«Понятия не имею. Не ждите меня.»

Василиса кинула телефон на стол и сжала виски ладонями. За все время их брака Кощей успел к началу традиционного новогоднего корпоратива всего два раза. А если еще посчитать те разы, когда он не пришел вообще… Она протяжно выдохнула, стараясь взять себя в руки. В конце концов, он не был виноват. Просто так получалось. То Навь, то работа, то другие неприятности…

«Поняла», — написала она в ответ и погасила экран.

Подошла к зеркалу, висящему на боковине сейфа.

Она с большим тщанием выбирала платье к этому вечеру. Кощею нравилось, когда она надевала облегающие вещи, а она предпочитала все мешковатое, но в этот раз решила сделать ему приятное: платье сидело как вторая кожа, удачно подобранная ткань обрисовывала ноги, скрытые длинной юбкой, и переливалась всеми оттенками зеленого, как раз к его глазам. Ей хотелось, чтобы он любовался ею и гордился. А его не будет. Без него во всем этом она чувствовала себя глупо.

Настя надела черное коктейльное платье до колена без рукавов и с вырезом петлей, оно ей очень шло, и она должна была стать черной жемчужиной на этом вечере, если конечно, платью не суждено было раньше пасть жертвой в руках Сокола. На Варваре был традиционный сарафан. Елена весь декабрь с придыханием рассказывала, какой потрясающий наряд ей удалось раздобыть, но его пока никто не видел.

Василиса открыла сейф. В пакете на верхней полке хранился комплект сменной одежды на всякий непредвиденный случай.

Переодеться? Нет уж. Все будут красивые, и она тоже.

Она кинула взгляд на сотовый, тот хранил молчание. Ну что ж, да будет праздник.

***