Подари мне чудо

Глава 1

— Света, — как можно спокойней произнес Самохин, поглядев на часы. — Мы опаздываем.

— Женя, — отрезала жена, — ты же знаешь, такие мероприятия никогда не начинаются вовремя.

На полочке под зеркалом, как солдаты перед генералом, выстроились баночки и тюбики.

Если перейти на крик, размышлял Самохин, глядя на парад косметологической продукции, жена впадет в истерику, из глаз хлынут слезы, которые уничтожат с таким трудом созданный макияж, и тогда о мероприятии можно забыть.

А после Света будет приходить в себя, наглотавшись валерьянки и растянувшись на кровати с холодным компрессом на лбу в ожидании, пока сойдут красные пятна с заплаканного лица...

Сколько раз уже так было? Сколько раз еще будет?

— Женя, ты же видишь, я тороплюсь, — сказала Света, при этом неспешно похлопывая себя по щекам подушечками пальцев. — Сейчас база впитается, а дальше уже быстрее будет.

Быстрее никогда не было. Самохин знал, что не стоит ждать новогоднего чуда. Не в этот раз.

И ведь сам виноват. Обычно, он сообщал жене время важного мероприятия часа на два раньше, чем они начинались на самом деле.

А про сегодняшний банкет с итальянцами не успел, Света позвонила его секретарше, уточнить название ресторана, а Анна возьми и ляпни, что начало не в пять, а в семь вечера.

И вот они уже опаздывали. А опаздывать Самохин ненавидел.

Он отошел от ванной комнаты и с тяжелым вздохом сел в прихожей, распустив на шее узел галстука. Взял телефон.

— Ало, Аня?

— Евгений Александрович? — испуганно отозвалась девушка.

Ох и пугливая.

И краснеет, и бледнеет перед ним, запинаясь от страха чуть ли не до заикания. По этой причине Самохин перешел с имени-отчества на неформальное и мягкое обращение на «ты» и по имени.

— Да, Аня, это я. Встреть итальянцев, пожалуйста. Я буду позже.

Вместо ответа в трубке раздался истошный вопль, а потом все так же резко смолкло.

— Это что было? — опешил Самохин. — Аня, ты тут?

— Это роды, — растеряно ответила Аня.

— Какие роды? — моргнул начальник.

— Евгений Александрович, вы только не ругайтесь...

— А почему я должен ругаться?

— Женя! — крикнула из спальни Света. — Кончай болтать и иди сюда, помоги мне с платьем!

— Аня, — быстро сказал Самохин в трубку, — делай, что хочешь, но чтобы наши Челентано были под твоим присмотром до того, как я не приеду, ясно?...

— Я все поняла, Евгений Александрович! Я сделаю!

И первая положила трубку.

Безумие какое-то. Наверное, это новогодние праздники так на всех действуют. Но какие роды? Аня беременной не выглядела.

Вроде бы?

Да ну, ерунда. Он бы сразу заметил, да и в декрет она бы ушла, так ведь? А Аня тонкая была, как тростинка. И ни о чем таком не заикалась.

У Самохиных детей не было. Света пока не хотела. Женя протопал в спальню и замер на пороге. Света все еще перебирала платья в шкафу.

— И с чем я должен помочь, если ты даже платье еще не выбрала?

— Ой, не нуди. Я тебе уже говорила, что такие мероприятия вовремя не начинаются?

Глава 2

Аня спрятала телефон и вернулась в смотровую. На столе ветеринара лежала, тяжело и часто дыша, Муся.

Из смежной смотровой донесся еще один вопль: у таксы в разгаре были тяжелые роды. Бледные хозяева мерили шагами коридор.

Аня и сама выглядела не лучше.

Было холодно. Пожилая женщина за компьютером, кутаясь в пушистую шаль, с интересом смотрела на Аню. Еще бы. Аня была при макияже, в вечернем длинном платье и на каблуках. Она собиралась на банкет и уже почти вышла из дому, но в последний момент решила попрощаться с кошкой. Протянула руку к спящей Мусе и обомлела, когда обычно всегда ласковая кошка от ее прикосновений сжалась в комок и жалобно завыла.

Сердце оборвалось.

Аня вдруг четко поняла, что вот уже несколько дней Муся все чаще отказывалась от еды и много спала. Аня списывала это на зиму, спячку и холода, да и разве кошкам не положено спать почти двадцать часов в сутки?...

Тогда Аня еще раз коснулась любимицы, и та вдруг разозлилась. Полоснув лапой, Муся скрылась под диваном. Оттуда и донесся тихий жалобный скулеж, больше характерный для щенка, чем для кошки. От этого воя у Ани волосы встали дыбом.

Дальше Аня действовала без промедлений. Достала с антресолей переноску, отодвинула диван, поймала сопротивляющуюся Мусю и вместе с ней и корзинкой прыгнула в машину. Только вырулив со двора, поняла, что не переоделась. Как была, так и осталась в каблуках на шпильках, в которые собиралась взять с собой, чтобы переобуться уже на мероприятии.

Но поворачивать было поздно. Муся жалобно плакала в переноске, и всю дорогу Аня говорила с ней и, как могла, успокаивала. Нервы звенели от напряжения.

Как назло, выстроившиеся в ряд машины ползли в новогодней пробке, а город за запотевшими окнами мигал разноцветными гирляндами. Выставленные в витринах наряженные пушистые красавицы создавали неповторимый дух праздника, вот только Ане было не до того.

Липкий страх растекался по венам. Пальцы, которыми Аня сжимала руль, были ледяными. Ноги в туфельках и тонких чулках мерзли.