Под айсбергом

Из выпуска № 57 журнала Magical Blend

Когда осознание фокусируется на луче, подобном лазеру, смысл и магия жизни раскрываются.

Недавно меня попросили выбрать то, что я считаю самой важной из моих научно-популярных книг. Я без колебаний ответил: «За оккультизмом», впервые опубликованный в 1988 году. Он объединяет два основных направления в моём мышлении: «экзистенциалистские» идеи, разработанные в «Аутсайдере», и идеи, которые развились из моего исследования «оккультизма». «За пределами оккультизма» — мой самый важный синтез.

Как ни странно, у меня не было желания писать это. Это произошло потому, что ко мне подошёл старый друг, который был редактором многих моих ранних книг, среди них «Космические вампиры» и «Криминальная история человечества». Теперь он работал на другого издателя и хотел заказать у меня ещё одну «оккультную» книгу. Я стремился сделать что-то, но не хотел писать ещё одну книгу об оккультизме. Наконец, я позволил себя убедить. Оглядываясь назад, я никогда не был так удовлетворён каким-либо решением, которое я когда-либо принимал.

Моя первая книга «Аутсайдер» вышла в 1956 году и принесла мне сенсацию за ночь, которую я нашёл удивительной и утомительной. Поскольку идеи «Аутсайдера» играют в «За пределами оккультизма» такую ​​важную роль, я должен начать с их объяснения.

Ещё с детства я был озадачен странным явлением: как мы можем чего-то хотеть, а потом скучать почти сразу, как только мы его получаем? Я заметил это особенно на Рождество. В течение нескольких месяцев до Рождества я с нетерпением ждал обладания какой-то долгожданной игрушки, но через несколько часов после её получения я уже начинал воспринимать её как должное и даже находил её немного разочаровывающей. Я заметил то же самое в отношении школьных каникул — как я с нетерпением ждал их во время школьного семестра и как легко мне стало скучно с ними.

Я увидел решение этой проблемы, когда ещё был тринадцатилетним школьником. Однажды, в начале шестинедельного длинного августовского праздника, я пошёл на церковный базар и купил за несколько пенсов несколько томов энциклопедии «Практические знания для всех». Он содержал курсы по всем мыслимым предметам: от бухгалтерии, аэронавтики, астрономии, биологии, ботаники и химии до философии и зоологии. Я был очарован астрономией и химией с десяти лет, и теперь я задумал нелепую идею попытаться суммировать все научные знания о мире в одной записной книжке. Я дал ему грандиозное название «Пособие по общим наукам» и постоянно писал в течение этого августовского праздника, заполняя четыре тетради своим круглым школьным почерком.

И я заметил, что мне никогда не было скучно. Изучение и запись о геологии, биологии и философии сделали меня счастливее, чем когда-либо в моей жизни. И я продолжал писать книгу на Рождество, когда начал седьмой том, посвящённый математике. Все время, когда я писал эту книгу, у меня было почти пьяное ощущение абсолютной необъятности мира идей, который, казалось, тянулся, как какая-то изумительная неизвестная страна, к безграничному горизонту. Каждый день, когда я начинал писать, я чувствовал себя путешественником, готовящимся открыть для себя новые озёра, леса и горные хребты. Мне было жаль других мальчиков в школе, которые не знали об этом волшебном королевстве, где я проводил вечера и выходные.

Я усвоил основной урок: секрет того, как избежать скуки, состоит в том, чтобы иметь сильное чувство цели. К сожалению, когда я закончил книгу, проблема скуки вернулась, потому что я понятия не имел, что делать дальше. Я провёл один долгий школьный отпуск, пытаясь прочитать все пьесы Шекспира и его главных современников: Марлоу, Джонсона, Миддлтона и остальных. Во время другого праздника я прочитал все произведения крупнейших русских писателей: Аксакова, Пушкина, Гоголя, Толстого, Достоевского и Чехова. В течение ещё одного я изучал историю искусства и обнаружил Ван Гога и Сезанна. Тем не менее, поскольку я просто читал, а не писал о них, даже это оставляло меня скучающим и неудовлетворенным.

Однако когда мне было шестнадцать, я наткнулся на другую важную подсказку. Это было вскоре после войны, и британский издатель начал переиздавать романы Достоевского. Я купил «Преступление и Наказание» за свои карманные деньги. В предисловии переводчика я зачитал письмо Достоевского к его брату Михаилу, в котором рассказывалось о том, как он и другие осуждённые революционеры были вывезены на Семёновскую площадь, чтобы быть расстрелянными: