Поцелуй рыжей ведьмы

Передо мной сидели шесть высокородных ведьм. Одна из них, Люсинда Те Каргани, буравила меня тяжелым взглядом из-под густо накрашенных ресниц. Другие пятеро с интересом переводили взгляд с Верховной ведьмы на меня.

А я стояла с гордо расправленными плечами и ждала окончательного вердикта. Ладошки вспотели, но я не могла их вытереть, это показало бы мое волнение. А ведьмы из старейшего рода Те Зара не имеют права показывать эмоции.

– Эверил Те Зара, – громко произнесла Верховная ведьма, не сводя с меня пронизывающего взгляда, – Ты провалила последний экзамен.

Позади меня раздался многоголосый приглушенный стон. Все выпускницы Школы Истинных Ведьм присутствовали при моем провале. Все двадцать, я знала, сейчас с усмешкой смотрят мне в спину. Но Те Зара так просто не сдаются.

Я не успела открыть рот, Верховная продолжила:

– Эверил Те Зара, – еще громче произнесла она, буравя взглядом учениц за мной, заставив тех замолкнуть, – Лучшая ученица, сдала все экзамены на отлично. Получены хорошие рекомендации от всех преподавателей, но… – Люсинда Те Каргани замолчала, на минуту в зале воцарилась полнейшая тишина, – Ты провалила экзамен по Управлению Людьми.

Позади кто-то хихикнул, но грозный взгляд Верховной заставил умолкнуть нарушительницу тишины.

– Позволь, Верховная, – взяла слово Гренда Те Фассо, директриса нашей школы, – Эверил принесла ожерелье графа.

Гренда Те Фассо положила на стол перед собой украшение с крупными каплями голубого алмаза. Четверо из ведьм с любопытством смотрели на ожерелье. Верховная же не повела и бровью.

– Графа после воздействия Эверил пришлось откачивать с помощью зелий, – хихикнула старейшая ведьма Моника Те Гель.

За спиной снова раздались приглушенные смешки. Да, мое приключение уже наверняка обросло самыми невероятными подробностями.

– Никто не умоляет заслуг Эверил, – Верховная подняла руку и вновь в зале воцарилась мертвая тишина, – Каждая из нас с удовольствием взяла бы к себе в ученицы талантливую молодую ведьму, но… Эверил Те Зара, – я подняла взгляд и прямо посмотрела на Верховную, – Скажи сама, к кому из ведьм ты подала заявку.

– Я хочу учиться у Триссы Те Канигель, – твердо ответила я.

Вот тут никто не посмел проронить ни звука. Прозвучало имя самой страшной и влиятельной ведьмы за последние двести лет. Она очень редко брала себе учениц, но зато ее ученицы всегда занимали самые высокие места в обществе людей.

– Ты уверена, детка? – прокаркала Моника Те Гель, – Редко, кто осмеливается идти в ученицы к Триссе. Знаешь, сколько длится обучение у нее?

– Знаю, – отчеканила я, ведьмы зашушукались между собой.

– Трисса уже давно не берет себе учениц, – высказала всем известное Эстела Те Мор, – Я могу взять тебя к себе, Эверил Те Зара.

Остальные пять высокородных ведьм из старейших династий загомонили, становясь похожи на крикливых особей людского рода. Лишь Эстела Те Мор с непроницаемым выражением на лице ждала моего ответа.

Я легко поклонилась, отдавая дань уважения сильной черной ведьме. Учиться у нее мечтала половина молодых ведьм в этом зале. Но не я.

– Благодарю тебя, Эстела Те Мор, но я сделала свой выбор.

– У тебя есть возможность передумать, Эверил, – слово взяла Верховная, – Мы не передали твою заявку Триссе.

Мне потребовалась минута, чтобы успокоить гнев, поднявшийся внутри после ее слов. Старая карга. Она не имела права так поступать. Выбор наставницы – личное дело каждой окончившей Школу Истинных Ведьм. И только сама ведьма, которую выбрала ученица, могла отказать.

– Могу я спросить, почему? – мой голос не дрогнул, но я чувствовала непреодолимое желание придушить старую ведьму.

– В тебе есть изъян! – Люсинда Те Каргани пристально смотрела мне в глаза, но я хорошо научилась держать удар за годы проведенные в школе, – Трисса Те Канигель никогда не возьмет ведьму с таким изъяном, – ехидно закончила она.

– Ты всегда любила решать за других, Люси,– в зале воцарилась благоговейная тишина, я узнала этот голос, хотя за всю свою жизнь слышала его лишь раз.

Я не смела повернуть голову, но сама Трисса Те Канигель прошла через весь зал и встала рядом со мной. Я судорожно сделала вдох. Оказывается, ту долгую минуту, пока она шла, я забыла, что нужно дышать.

– Трисса, – прошипела Верховная.

– Рада приветствовать Верховное Собрание, – Трисса Те Канигель почтительно склонила голову, повернулась ко мне и подмигнула.

Сердце в груди радостно забилось.

– Какой же изъян ты имела в виду, уважаемая Люсинда Те Каргани? – голос Триссы был насмешлив, – Что из-за него ты нарушила традицию передачи заявки от ученицы к выбранной ей наставнице?

– Ее мать вышла замуж! – выкрикнула тщедушная Ролана Те Моль, вечная тень Верховной, – По любви!

За моей спиной раздался многоголосый приглушенный стон. Об этом знали все присутствующие в этом зале, но еще никто ни разу не смел говорить мне это в лицо. Это было большое оскорбление, такое смывается только кровью.