Победитель остается один

Автор обложки Наталья Динер

© Ткачёва Я. Э., текст, иллюстрации, 2023

© ООО «Издательский дом «КомпасГид», 2023

Молочное плотное пространство небытия разрезает вспышка света, и три фигуры показываются в этом неприятном неуютном месте. Они идут рядом, но между ними явно чувствуется отчуждение.

Красивый рыжеволосый мужчина – бог, объявленный павшим, – и две его жертвы. Первая – едва уловимо похожая на него, словно между ними есть кровное родство, златовласая красавица с тонким станом, но с пустым безразличным ликом, и вторая – изуродованная до неузнаваемости калека. Но не увечье делает ее безобразной, а маска ненависти, исказившая лицо.

– Я с места не сдвинусь, прихвостень Верховного, – шипит уродливая женщина. На удивление, она ненамного старше своей прекрасной спутницы, но злоба превращает ее в каргу.

– Как невежливо, Юстрица, – насмешливо тянет рыжеволосый. – Я лишь выполняю волю Верховного. Все мы верные слуги твоего отца и должны служить ему.

– Он мне не отец! – почти кричит та, которую назвали Юстрицей. – Весь этот суд был фарсом. Не знаю как, но вы обвели нас вокруг пальца!

Златовласая никак не участвует в споре, лишь смотрит перед собой, покорная судьбе.

– Как скажешь, – пренебрежительно отзывается бог. – Ты меня порядком утомила.

– Тогда делай свое дело, – презрительно цедит Юстрица, и рыжеволосый небрежно взмахивает рукой.

Клубящиеся щупальца тьмы вырываются из его пальцев и устремляются к Юстрице. Она не кричит, но полный предсмертного ужаса взгляд сдержать не в силах. Страшная рука тьмы впивается в горло женщины, и та лишь беспомощно хватает ртом воздух, пока в ее глазах меркнет жизнь. Спустя несколько напряженных мгновений, наполненных лишь судорожными звуками удушья, все заканчивается. Златовласая красавица никак не реагирует на смерть в шаге от нее; бог же скучающе приподнимает брови, когда тело Юстрицы падает с глухим стуком – словно не в белесый туман проваливается, а бьется о твердую землю. Несколько секунд ничего не происходит, а после молочная белизна затягивает Юстрицу, жадно поглотив ее тело.

– Хочешь что-то сказать напоследок, Жара? – рыжеволосый оборачивается к оставшейся девушке.

Златовласая вздрагивает от своего имени, на секунду встречается взглядом с зелеными глазами своего палача и прикрывает веки. Бог, поднимая ладонь, чтобы призвать смертоносные щупальца, смотрит на свою жертву спокойно и ясно. Без злорадства, но и без привязанности. Ощущая скорый конец, Жара вскидывает руки и накрывает ладонями живот, будто защищаясь. Рыжеволосый бог замирает, глаза его расширяются, и во взгляде впервые мелькает что-то похожее на боль.

– Ты… – бог силится задать вопрос, но голос изменяет ему. Наконец он хрипло давит из себя слова: – Ты ждешь дитя?

– Птенцов, – впервые подает голос Жара, не открывая глаз.

Рыжеволосый опускает руку, словно не может решить, что делать дальше. Те, кто хорошо его знает, – а таких не слишком много – подивились бы сейчас состраданию, мелькнувшему на лице мужчины. А вот боль, исказившую черты рыжеволосого бога, они без труда узнали бы.

– Я могу спасти тебя, – шепчет бог, словно против воли.

– Спасти? – эхом повторяет Жара.

– Ради птенцов, – поспешно уточняет рыжеволосый, будто бы оправдываясь.

Жара распахивает глаза, и во взгляде ее загорается надежда. Эмоции делают ее прежде безучастное лицо живым и почти нестерпимо красивым. Рыжеволосый бог вмиг понимает, отчего несчастный следопыт потерял голову и так бездарно умер, убитый остальными девоптицами.

– Но ты сослужишь мне службу, – голос бога приобретает деловые нотки.

– Если мои девочки будут жить, – в голосе Жары слышится страсть, что присуща материнскому отчаянию, – я буду служить тебе верой и правдой до последнего вздоха.

– Почему ты уверена, что будут девочки? – вдруг спрашивает рыжеволосый. – Возможно, ты ждешь… сына.

– Райские птицы потому и девоптицы, – ровно отвечает Жара. – У нас не бывает… мужских особей.

– Любопытно, – произносит бог, и на мгновение на его лице мелькает странное выражение, будто он продумывает, как бы применить эти сведения с пользой.

Девушка равнодушно молчит, и рыжеволосый, тяжело вздохнув, вновь подает голос.

– Я переправлю тебя на остров в другом мире, – говорит бог и, не дождавшись никакой реакции, добавляет: – Ты не удивлена…

– Мне все равно, где быть.

– В мире Империи все не так, как в Яви, – продолжает бог, хмыкнув. – Ты будешь жить уединенно и следить за своим отцом.

– Мой отец мертв, – ровным голосом отвечает Жара.

– Ты знаешь, о ком я… – угрожающе молвит рыжеволосый. – Не играй со мной.

– Я лишь сказала, что мой настоящий отец был казнен вместе с моей матерью, – замечает Жара. – Верховный Бог мне абсолютно безразличен, и я готова служить тебе. Он должен ответить за свои преступления. Моих родителей использовали и подставили, превратив в предателей.

Рыжеволосый еле заметно морщится, но быстро берет себя в руки, кивая.