Победа над бездной

Научно - нефантастическая и реально – немистическая повесть

Моему Учителю посвящается

Каждому человеку подарено великое чудо – его мозг

«Колючая тишина. Пронзающая, надвигающаяся. Еще миг и затащит к себе, откуда уже не выйти. Сбросить ее, как саван, скорее! Выбраться! Что со мной? Кто я? Я живу или нет? Какой холодный пол… Кровь. Моя? Почему так страшно? Я дышу. Значит, живу?

Подняться и идти! Я могу, могу… Медленно, спокойно. Голова… Как жжет! Всё, встаю. Что там, за дверью? Сейчас, потихоньку. Звон уже тише, и кругов розовых меньше. Надо устоять. Почему не за что уцепиться?

Помню, я помню! Соня! Она меня ждет. Я Олег!? Где я? Аэропорт… какой? В Бостоне или Нью-Йорке?

Кофе, телевизор в баре, еще один самолет… Дальше! Меня уже ждали, кажется, трое. Кто они? Что было после? Массаж, ванны… Какие ванны, что за бред? Я же майор.

Майкл был в аэропорту. Зачем? Он не должен был там появляться ни при каких обстоятельствах. Значит, провал? Дальше, дальше! Подошли те трое… Потом красный гул, который сжимал голову, горело в глазах, колокола…

Мне надо вернуться к Соне! Но как? Я Олег, Олег Сгорин. Так, уже хорошо, будем жить. Я знаю, кто я!

Тяжеленная дверь… Как режет глаза от яркого солнца! Весна? Наверное, лето: зелени сколько. Кровь на руке, откуда? Люди. Наконец-то! Сесть на лавочку и подумать, о чем их спросить. Больничный городок, вот это что! Врачи, сестры…»

– Не ска-а-скажете, какой это корпус?

– Не знаю точно, третий, по-моему. Что, голова закружилась от солнца с непривычки?

– Да, напутал что-то.

– Какой вам нужен-то?

– Пя-я-тый.

– Так он на выходе, там, в конце парка, где лавочки синие. Вчера только красили… Да, обидно в такую погоду в больнице валяться. Сейчас бы на природу! Лето в этом году раннее.

– Да… Со-олнца мно-мно-го!*

«Почему говорить так трудно? Надо же, какой уголок райский! Бывает ведь такое. Как после смерти в жизнь… А Соня, она знает, что я в больнице? Какой растрепанный врач выбежал на порог! Ученый-фанатик, наверное…»

– Игорь, ты в порядке? Зачем ты вышел? Мы всё приготовили, а тебя нет. Слышишь меня? Ну хватит крутить головой, я к тебе обращаюсь, Игорь! Да, ты. Помочь? Ну, давай вставай. Пошли, уже ждут тебя все.

– Я не Игорь. Вы оши-и-блись.

– Да? А кто ты?

– Олег. Меня с кем-то…

– А-а… ну пойдем, пойдем. Сейчас разберемся. Голова не кружится? Дойти сможешь? Нам сюда.

 В большом кабинете, напичканном оборудованием, было двое врачей: располагающей внешности женщина, по виду профессор, и мужчина средних лет, который сосредоточенно с ног до головы осмотрел вошедшего, назвавшегося Олегом.

– Присаживайся. Ну и напугал ты нас, беглец! – сказал тот, кто привел парня.

– Откуда у вас кровь на плече? Что случилось? – спросил врач со сверлящим взглядом.

– Не знаю. Не бо-о-лит, только ломит, мо-ожет, я упал на него.

– Раздевайтесь, ложитесь. Свет сюда направьте! Так больно? Давайте на снимок.

– Готово, Алексей Васильевич.

– Ну посмотрим, что там… Игорь, а вы полежите пока.

Все трое стали рассматривать снимок. Алексей Васильевич срочно вызвал какого-то Илью. Им оказался молодой и энергичный не то доктор, не то айтишник, который принес накопитель с информацией по образцам.

– Ничего удивительного. В принципе, мы так и предполагали, – сказал он, глядя на снимок, – надо только понять схему. А почему в этой проекции решили снять?

– Да кровь на плече ниоткуда и сустав ломит, – сказал Алексей Васильевич.

– А… Ну это вам повезло! А опознавать когда будем? – энергично встряхнув головой, спросил Илья.

– Да вот уже и начинайте. – Алексей Васильевич подошел к лежащему. – Игорь, мы сейчас проведем короткую процедуру. Сфотографируем на память твой мозг. Ты спокойно лежи и не волнуйся! Чувствовать ничего не будешь. Договорились? Давай, – сказал он, нажимая на кнопки.

Тело бесшумно уехало. Все четверо придвинулись к монитору, и тот, кто привел Игоря в кабинет, с нескрываемым интересом принялся делать срезы.*

  Солнце уже садилось. Густо насыщенный ароматами зелени закат мягко скользил по открытым окнам, оживляя стены профессорского кабинета розовато-золотистыми мазками.

– Наталия Ивановна, что скажете? – спросил «ученый-фанатик».

– Вы знаете, Женя, такой случай у меня впервые. Очень интересно! – произнесла она с чувством гурмана накануне погружения во вкус. – Работы непочатый край. Давайте договариваться, как действовать дальше. По-видимому, придется решать вопрос о его длительном пребывании здесь… Но все-таки я настаиваю на переводе в другие условия. То, что он сегодня упал и потерял сознание, а потом вышел из корпуса – это же огромный риск! Я несогласна с такой методикой.