Пленница завоевателя

Я прислонялась к холодной каменной стене рядом со стеклянной дверью, ведущей на широкий каменный балкон, усаженный цветущими растениями. Я бы хотела сейчас выйти наружу, сесть за столик и наслаждаться видом прекрасного летнего вечера, но не могла. На улице, вот уже больше нескольких часов, мое родное поместье обливалось кровью. Лязг металла и страшные, душераздирающие крики доносились до моего уха, заставляя вжиматься в холодную каменную стену. Очень хотелось выглянуть в окно, но понимала, что это плохая идея. Одни только звуки приводили меня в ужас, заставляя мелко дрожать и царапать ни в чем не повинную стену позади. Если меня найдут, то всему конец. Я – старшая дочь герцога Редфилда, и поэтому стану одной из самых желанных наград для врага, помимо младшей сестрёнки.

От мыслей о малышке к горлу подкатил ком. Что они с ней сделают, если найдут? Боже, бедные служанки! Им даже негде спрятаться! Будучи благовоспитанной незамужней девушкой, я не могла знать точно, что именно разъярённые, изголодавшиеся по женскому телу мужчины могут сделать с той, кто станет добычей, но догадывалась, что яд для меня оставили не просто так.

Истошный женский визг прозвучал буквально под моим окном, заставив меня посмотреть на шкатулку. Внутри, помимо драгоценностей, должен лежать смертоносный кулон. Я на ватных ногах подошла к комоду и дрожащими пальцами нащупала затворы на крышке. С громким щелчком шкатулка открылась, и моему взгляду предстали разные дорогие украшения. Ох, если бы на нас нападали обычные разбойники, мы смогли бы откупиться, но отец перешёл дорогу человеку богатому и, вероятно, слишком обидчивому, раз «небольшая ссора» перетекла в реки крови на пороге нашего дома. Тяжело вздохнув, я надеялась, что все закончится хорошо. Может, я себя слишком накрутила, и стража сможет отбить нападение? Я же затаилась здесь с самого начала и смелости не хватило выглянуть из окна хоть на секундочку… но надо пересилить себя. Понять, к чему готовиться. Может, не все так плохо, и прямо сейчас отец со стражей добивают врага?

На всякий случай я все-таки повесила на шею зеленый кулон с ядом, который в случае необходимости надо раскусить, и быстрая смерть в течение нескольких минут обеспечена. Затем украдкой подошла к окну сбоку. Нужно выглянуть хоть немного. Только не задерживать взгляд на… мёртвых. От этого слова мурашки пошли по коже, но я собрала волю в кулак и коснулась плотной бордовой занавески тонким пальчиком. Ткань легко поддалась, впустив в полутьму комнаты лучи вечернего света, красного, как свежая кровь. Все реже и реже до меня доносились тревожные звуки, и это означало, что дело шло к концу. Надеюсь, никто меня не увидит в окне, не пустит стрелу или ещё что-нибудь пострашнее. Нельзя, чтобы меня нашли.

Краем глаза я выглянула на улицу. Чистый, цветущий балкон справа контрастировал с грязью, творившейся внизу. Тела лежали один на одном, приковывая мой ошарашенный взгляд. К своему ужасу, я не могла отвести взор, с каждый секундой все сильнее и сильнее пропитываясь животным страхом. Большинство людей, лежавших без признаков жизни, носили форму стражи поместья Редфилдов. Небольшой фонтан был разбит и окровавлен, от него до конюшен тянулся длинный кровавый след. По территории свободно разгуливали вражеские солдаты с мечами наперевес. Сердце ушло в пятки. Это конец. Значит, проиграли. Значит, пора прощаться с жизнью.

Стараясь найти хоть что-то, способное переубедить меня, я продолжала перескакивать взглядом по ужасающему полотну кровавого сражения, что нарисовал безжалостный художник. Испуганный взор зацепился за мужчину, остановившего рядом с фонтаном. Он снял шлем и, тряхнув чёрными, как смоль, волосами, прижал его рукой к телу. Свободной ладонью набрал розоватую от крови воду. Крупные капли стекали к шее ото лба, даря ему, судя по блаженному выражению лица, ни с чем несравнимое удовольствие.

«Чёрный рыцарь», – пронеслось в моей голове. Это прозвище знала любая светская сплетница, но ни одна из них не могла предугадать, что человек столь благородного происхождения и воспитания будет вытворять… весь этот ужас в нашем поместье. Чем отец его так разозлил? Я нахмурилась, наблюдая, как он с закрытыми глазами подставил лицо вечернему солнцу, как вдруг замерла. Мужчина открыл глаза и посмотрел прямо на меня, украдкой выглядывающую из-за занавески. Я кожей ощутила холод его серых глаз и обжигающую ненависть, от которой захотелось спрятаться как можно дальше. Отшатнувшись, как от открытого пламени, я лихорадочным движением поправила штору и прижала руки к груди. Яд при мне. Если он зайдёт… когда он зайдёт, я должна выпить зеленую жидкость. Если не сделаю этого, то… Господи, что со мной будет?