Пятьдесят семь с половиной ложек

Если вы читали историю о Песочном Генерале, то должны помнить Городскую ведьму, которую сказочник Егорий прогнал из той сказки за злостное хулиганство. Но, как это бывает не только в сказочных историях, они снова встретились: ведьма очутилась в одном с ним городе, мало того, на одной улице и даже в одном дворе. Она устроилась работать дворничихой по имени Нина и снова начала безобразничать. То с радостью отключит свет, то с восторгом наколдует закупорку труб, то, совершая на метле ночную прогулку, сломает очередную телевизионную антенну или перережет ножницами какую-нибудь бельевую веревку на балконе.

Ни милиция, ни бдительные пенсионеры не могли изловить злодея. А Нина всегда идеально чистила дорожки и всегда посыпала их песком, если было скользко, и только знай себе посмеивалась, продолжая ловко и безнаказанно творить свои гадости. Ее колдовских знаний как раз только на это и хватало.

Однажды днем, в канун Женского праздника, у двери своей квартиры она обнаружила синюю бутылку необычной формы: квадратную, с трехгранным горлышком.

— Ну, и обнаглели! — рассвирепела ведьма. — Бросают бутылки где ни попадя! Уж и шагу ступить невозможно!

Надо вам сказать, что ведьма была на редкость злопамятной: то есть, помнила каждый камешек под ногами, о который когда-то споткнулась, а людей, наступивших ей на ногу или случайно толкнувших, — она продолжала ненавидеть даже во сне.

Врагом она считала каждого жильца, а большим врагом — сказочника Егория.

— Ну, я им покажу! Ну, они у меня получат!..

Она подняла бутылку, чтобы выбросить ее в мусоропровод, но тут увидела, что та — совсем нераспечатанная. Мало того: закупорена сургучом! Нина не поверила своим глазам. Она потрясла ее, поднесла к уху, посмотрела на просвет: в бутылке по самое горлышко булькала жидкость. На донышке были отлиты две буквы: B и N. Ведьма было обрадовалась, что завтра, в день Восьмого марта, выпьет сама за себя, да вдруг подумала:

«А что, если это — какая-нибудь тормозная жидкость? Или крысиный яд?.. Может, кто специально подложил, чтоб меня отравить?..»

От этой мысли она вся похолодела и начала чихать. У нее так бывало: просыпалась среди ночи в холодном поту. Поэтому часто простужалась. Ведьма призадумалась: и спросить, вроде, не у кого, и выбрасывать жалко.

«А может, ее потерял какой-нибудь иностранец?.. — стала она себя успокаивать. — Иностранцы — люди забывчивые… А вдруг это — целебный бальзам? Сейчас было бы очень кстати!» — И тут вспомнила, что в своей «Колдовской Книге» когда-то видела эти две буквы.

Она кинулась в дом и, достав из сундука старинный фолиант, стала лихорадочно его листать.

— Есть! — закричала ведьма на всю кухню. — Они и есть!

На одной из пожелтевших рукописных страниц действительно были изображены буквы: B и N. Она пробежала глазами по строчкам и тут сердце ее сильно забилось, а глаза загорелись от восторга: в старинной бутылке оказывается действительно был бальзам: — бальзам молодости, изобретенный великим Нострадамусом! Там же был описан способ его употребления: одна ложка омолаживает на десять лет жизни.

Ведьма долго не могла прийти в себя. Она много слышала об этом чудодейственном напитке и стала воображать себя молодой, красивой, сильной! Вся жизнь вспыхнула перед ней в розовом свете. Ведьма тут же собралась приступить к омоложению, но решила сначала опробовать бальзам на своем коте Венедикте. Тому было уже лет пятнадцать, он страдал потерей слуха, нюха и памяти одновременно.

Нина откупорила бутылку: кухню вмиг заполнил цветочный аромат. Она встала на табуретку и полезла на антресоли: Венедикт любил там спать.

Наполнив столовую ложку, она влила бальзам в полуоткрытый рот спящему коту. Тот проглотил жидкость во сне, даже не поперхнувшись. И тут случилось то, чего так вожделенно ждала ведьма: старый Венедикт проснулся и вдруг на глазах превратился в резвого котенка.

Не помня себя от радости, ведьма стала подсчитывать необходимое количество ложек, которое ей придется выпить. Для этого требовалось вспомнить, сколько же ей лет на самом деле: обычно она скидывала себе двести — так, для настроения. Но сейчас обманывать само° себя не было смысла, и ей пришлось заняться серьезными воспоминаниями…

Вспомнила она свое детство в дремучих лесах: как хорошо тогда вокруг было, весело: одни лешие да вурдалаки, сколько друг дружке гадостей делали и все с шутками да прибаутками. Утопили как-то раз одного старичка-лесовичка в болоте, а он к утру — глядь! — в водяного превратился. Больше таких хороших воспоминаний в ведьмину голову не лезло, ибо вся остальная ее жизнь была хоть и шумной, да больно жестокой: ей тоже стали гадости делать.