Письмо со свалки

Попадая на некоторые улицы Васильевского острова, кажется, будто находишься не в центре многомиллионного мегаполиса, а в далеком провинциальном городке. Двух-трехэтажные дома, мощеная проезжая часть, редкие автомобили. Одинокие прохожие словно замедляют шаг, стараясь не нарушать неторопливого ритма местной жизни.

На такой улице много лет проживали некие Михайловские. Когда-то их семья состояла из трех человек,— родители средних лет и их сын Саша. Квартира была коммунальной. В одной из трех комнат обитали пожилые бездетные супруги, в другой — старушка блокадница. Соседи постепенно умирали, освобождая комнаты, которые стала занимать семья Михайловских. Лет двадцать назад умерла блокадница, и квартира из коммунальной превратилась в отдельную. Саша к тому времени закончил школу, институт и женился на своей бывшей однокурснице Ане. Вскоре у них появилась дочь Таня. После четверти века совместной жизни родители Саши развелись, отец выехал из квартиры. А еще через пятнадцать лет умерла сашина мать.

Шли годы. Саша превратился в Александра Сергеевича — солидного начальника большого конструкторского бюро. В девяностые годы его контора долго не работала, перестав получать заказы. Михайловский даже был вынужден одно время работать шофером. В качестве частного «извозчика» он халтурил у Московского вокзала. Туда было непросто устроиться со стороны. К счастью у Михайловского был старый институтский знакомый, вхожий в местную «мафию». На своей немолодой «шестерке» бывший инженер развозил приезжих и жителей по домам и гостиницам. Случалось, подхватывал клиентов и на улицах города. Иногда удавалось сорвать крупный куш. Бывали и огорчения. Один раз его пытались ограбить. К счастью грабители были непрофессионалами. К тому же они изрядно выпили перед налетом. Видимо, для храбрости. Двое мужчин лет — тридцати пяти — сорока попросили подвезти их до проспекта Большевиков. Был поздний вечер. Клиенты велели остановиться возле большого темного пустыря. Михайловский почувствовал неладное и на всякий случай нащупал в правом кармане газовый балончик. Один из двух пассажиров нетвердым голосом потребовал от бывшего инженера деньги и машину.

Михайловский никогда не был агрессивным человеком. Напротив, окружающие считали его меланхоликом. Он не дрался в школе. Не любил уроки физкультуры. Пытаясь начать заниматься спортом, каждый раз бросал после второго-третьего занятия. Но здесь на Михайловского что-то нашло. Он выхватил из кармана балончик и направил струю газа в лица пассажиров, сидящих на заднем сидении. Неизвестно, чем бы закончился поединок, но в этот момент по проспекту Большевиков случайно проезжал милицейский «уазик». Возвращавшиеся с дежурства милиционеры направлялись в отделение милиции, находившееся неподалеку. Заметив их Александр Сергеевич пулей вылетел из своей «шестерки» на середину проспекта и замахал руками, «уазик» остановился. Запыхавшийся Михайловский в двух словах объяснил стражам порядка, в чем дело. Неудавшиеся грабители в это время откашливались и обливались слезами в его машине. Вскоре милиционеры посадили их в «упаковку» и велели потерпевшему ехать вслед за «уазиком» в отделение. Там Михайловский подписал короткий протокол, а его обидчиков поместили в «аквариум». Впрочем, сидели в нем грабители недолго. К утру их выпустили, но до дома они уже добирались на общественном транспорте.

С тех пор прошло несколько лет. В связи с возобновлением военных заказов Михайловский вновь начал работать в конструкторском бюро. Инженер получал неплохую зарплату, и ему больше не нужно было заниматься автохалтурами. Да и машина вскоре окончательно развалилась. Однако порой за рюмкой водки Михайловский рассказывал сослуживцам о том вечере с грабителями. Иногда он даже приукрашивал случившееся двумя-тремя вымышленными деталями.

Итак, Александр Сергеевич Михайловский имел немалый опыт противостояния с преступниками. Но в серый октябрьский вечер, о котором идет речь, применить его нашему герою не удалось. Может быть, из-за того, что под рукой у него вовремя не оказалось газового балончика.

Александр Сергеевич вместе с супругой Анной Петровной сидели в комнате перед телевизором. Шла мелодрама времен их молодости. Супруги знали наизусть содержание фильма, но им приятно было вновь и вновь переживать с героями нехитрые радости и огорчения их экранной жизни. Дочь Таня принимала душ. Ей неинтересны были старые фильмы. Кроме того она собиралась пойти с подругами в модный ночной клуб.

На кухне готовились тосты. Когда хлебцы поджарились, тостер щелкнул, вытолкнув их из себя. Услышав щелчок, Михайловская вышла на кухню. Чайник уже вскипел. Анна Петровна положила поджарившиеся тосты на тарелку, бросила чайные пакетики в кружки и налила в них кипяток. Затем она поставила угощенье на поднос, добавив туда еще сахарницу, банку варенья и розетки. Хозяйка принесла угощенье в комнату и поставила на журнальный столик перед сидящим в кресле супругом.