Письмо, так и не написанное, потому что его отправлять некому

Как же ее назвать – Оля, Галя, Лена? Нет, я конечно помню её настоящее имя. Но прошло так много времени, что из Лены, Гали, Оли она превратилась в Галину, Елену, Ольгу. С добавлением соответствующего отчества.

Да и зачем по прошествии стольких лет ей вспоминать легкомысленное приключение в славном месте Гурзуф?

Или, не дай Бог, по настоящему имени кто-нибудь из близких или друзей догадается, о ком идет речь, и начнет допытываться: было ли все это на самом деле и если было, то так как описано или что-то было совсем по-другому?

Зачем настоящее имя? Мои воспоминания – это мои воспоминания и навязывать свое прошлое тому, кто в нем совершенно не нуждается, по крайне мере так же глупо, как делать искусственное дыхание человеку, который и не собирался тонуть.

Тем более, что история эта приключилась так давно, что стала моим и только моим мифом.

Я назову ее… Оксаной.

Мне нравится это имя. Оно словно легкое терпкое вино в южной ночи с огромными звездами и шумом прибоя. Ну да ладно…

Сначала я вообще имени не знал, как и ее саму. Сначала была авантюра. Иначе нельзя было назвать эту поездку на юг в начале сентября (только потом я узнал, что это время называют «бархатным сезоном») в славном году 1981-м.

Те года сейчас называют расцветом «застоя». Но тогда мы еще не знали, что живем в этом самом застое. По правде сказать, я и сейчас не очень понимаю, что это такое. Жизнь шла, меняя и нас, и окружающий мир. Да, Брежнев казался вечным. Но, по большому счету это мало кого волновало, кроме небольшой группки шумных диссидентов. Это сейчас написаны горы исследований, как эти «борцы с режимом» перевернули сознание советского человека и уничтожили «совок». Но тогда они были чем-то вроде экзотической сектой. А за «совок» можно было бы и в пятак получить (неплохо было бы и в наше время эту «традицию» возродить)!

Мы просто жили, и даже не догадывались, что всего через год с небольшим наш, уже устоявшийся уклад с вечным Генеральным, сменится с началом периодом «естественной» демократии, когда дата назначения Генерального секретаря ЦК КПСС будет все ближе находиться к дате его проводов в последний путь. А потом наступит и вовсе кавардак с перевертышами в верхах, который в конечном итоге перевернет и нашу жизнь, и нашу страну (которая станет из нашей – фактом истории), а, главное, наши мозги. У некоторых это вращение до сих пор не прекратилось…. Впрочем, это проблемы совсем для другой истории!

Тогда же…

Всего год назад, даже меньше, я вернулся из армии. И быстро избавившись от привычки ранних подъемов, сержантского лексикона и замашек несостоявшегося маршала, с радостью окунулся в гражданскую жизнь. За прошедшие месяцы я построил огромное количество планов, которые рождали еще большее количество идей, а те, в свою очередь, вызывали всякие желания. Да и энергии было избыточно.

Единственное, что отсутствовало, как факт, необходимое количество дензнаков, которые в те времена никто не называл деревянными, по причине того, что с валютой имели дело только узкие круги загранкомандированных и то в форме чеков "Березки"[1], фарцовщиков и спецотделов милиции, которые вели с ними (с фарцовщиками) беспощадную, и, как сейчас выяснилось, совершенно бесполезную борьбу. Сейчас, когда моя восьмидесятилетняя мама периодически по телефону сообщает мне об изменении курса доллара на ММВБ, совершенно ясно, что дело фарцовщиков живет и побеждает.

Уточню: фарцовщиками в те времена называли и тех, кто торговал всякими модными иностранными тряпками, которых в простых советских магазинах днем с огнем не отыщешь. Разве что отстояв огромную очередь по записи за соцстрановским суррогатом, или в желании пробрести нечто финское (но об этом можно было только мечтать). Как предел мечтаний – французское.

Правда, и самосторока хватало. Сейчас приходится пояснять, что означает еще недавно популярный термин. А означает он любую одежду, сделанную своими доморощенными способами, но только с импортными наклейками. Сейчас это все называют контрафактной продукцией. Но тогда, мы этого заумного термина и слыхом не слыхивали.

Какое отношение вся эта экономическая информация имеет к истории той далекой любви? Самое прямое!

В те времена, зарплаты честно работающего молодого человека на государственной службе, хватило бы ровно на билет туда с небольшим хвостиком полунищенского существования в течении трех, четырех дней. Если ты к этому хронически не можешь копить деньги, отказывая себе в маленьких радостях жизни, то дела твои совсем плохи. Либо ты надолго забываешь о существовании теплого ласкового моря с горячей галькой на берегу, утешаясь круизами по домам отдыха в ближайшем Подмосковье. Либо находишь приемлемый выход из хронического безденежья.

Мы нашли!

Собственно, тогда его и находить не нужно было.