Письма

Я бегу очень быстро. Бегу, взрываясь плачем, бегу, вытирая слезы. Бегу, не щадя ни легкие, ни тело. Летний дождь барабанит по голове. Ветер бьет в лицо резкими, ледяными порывами, а тучи опускаются так низко, будто специально стараются придавить меня к земле своими багровыми, черными облаками. Наконец, впереди я вижу знакомую фигуру. Скорость не сбавляю. Несусь еще быстрее, обгоняя ветер, время. И уже через несколько секунд оказываюсь в объятиях любимого человека.

— Боже мой, — выдыхает Ной и приподнимает мое дрожащее лицо. — Мия, что с тобой? Что случилось?

— Родители против Нью-Йоркского колледжа. — Дышать нечем. Я сжимаю плечи парня, и обессиленно опускаю вниз голову. — Настаивают на…, на…

Мой мир переворачивается, и я падаю. Не физически. Но мысленно. Мысленно падаю в черную бездну из неистовой, горящей боли. Из одиночества. Из слез и страха. Поднимаю глаза на парня и вижу его испуганный взгляд. Его родной, теплый взгляд. Хочу вымолвить хоть что-нибудь, но не успеваю. Ной резко стягивает с себя куртку. Накидывает ее на мои плечи, и тащит под карниз маленького магазинчика.

— Расскажи мне. — Требует он. — Расскажи мне все.

И я рассказываю. Запинаюсь, срываюсь на крик, но выкладываю парню все до последнего клочка информации, как на исповеди. И про срыв мамы, и про угрозы отца. Про будущее, работу, здравый смысл. Про детскую глупость и невозможные мечты. Меня не оставить. Я говорю, говорю, говорю, и только в конце задаюсь вопросом: а слушают ли меня? Вижу отрешенный взгляд парня и вытираю мокрый нос. Хмурюсь. Все жду, когда Ной заговорит, но он молчит.

— Боже мой, — дрожащим голосом протягиваю я. — Скажи, хоть что-нибудь! Прошу тебя, не издевайся! — опять нет ответа. Нервно откидываю назад мокрые волосы и прикрываю руками глаза. Мне так плохо, что хочется умереть. — Ной, — жалко протягиваю я. — Боже, умоляю, только не молчи!

— Но что я могу сказать?

— Как что? — обиженно смотрю на парня. — Скажи, что придумаешь что-нибудь, что останешься со мной, что мы будем вместе.

— Мия, я не знаю, что будет завтра, через неделю, через месяц. Я ничего не знаю, и поэтому не могу тебе ничего обещать.

— Ной, что же ты такое говоришь? А как же наши планы? Как же твое обещание?

— Мия, я…

— Что случилось? — с ужасом разглядываю лицо парня. Касаюсь ладонями его скул и судорожно выдыхаю. — Ты плохо выглядишь. Такой уставший. Грустный. Дома проблемы? С братом?

— Нет, у меня никаких проблем. — Внезапно Ной откидывает мои руки. Резко отходит в сторону и выходит под ливень. У меня замирает сердце. — Может, твои родители правы? М? Может, мы слишком глупы, чтобы понять всю серьезность данного поступка? Убежать вдвоем…. А что, если мы поссоримся? Что если наши чувства, лишь плод разыгравшихся гормонов? Что тогда? Куда ты пойдешь, Мия? У кого станешь просить помощи? Ты…, — он фыркает. — Ты хоть любишь меня, а? Уверена в этом? Потому что я уже не уверен в своих чувствах. Понимаешь? Я ни в чем не уверен. — В дикой панике наблюдаю за парнем и буквально слышу, как в голове что-то щелкает. Мое тело непроизвольно сгибается. Под действием невиданной, ядовитой силы, я пошатываюсь назад и врезаюсь спиной в стену магазинчика. Ничего не понимаю. Хватаюсь ладонью за рот, и начинаю оседать вниз. Сломленная, ошеломленная, закрываю глаза, мечтая проснуться. Но не выходит. Ветер забирается под одежду, сковывает холодом тело. Укрывает ледяным покрывалом дрожащую от страха душу. — Мия, я… — Ной оборачивается. Резко замолкает, увидев меня, сидящую на земле, и тут же оказывается рядом. — Ты чего? Мия, что с тобой?

— Не трогай меня. — Пытаюсь вырваться. Бью парня по лицу, по плечам и торсу. Отталкиваю назад когда-то родные руки. — Не трогай меня!

— Мия, ох. — Ной не сдается. Силой притягивает меня к себе, сжимает в объятиях так крепко, что мне становится больно. — Прости, я не подумал.

— Отпусти!

Тарабаню по телу парня через слезы, через ужас. Все бью, бью, бью, и когда сил совсем не остается, поникаю, утопая в плаче по собственной гордости.

— Отпусти меня, Ной! Отпусти! — срываюсь и от боли открываю рот. Дышать нечем. Глаза ничего не видят. — Зачем ты так со мной? Зачем?

— Прости меня, Мия, прости.

Я плачу очень долго. Даже после всех сказанных слов, не выпускаю парня из объятий. Глупо? Возможно. Но чувства неподвластны мозгу.

Ной берет свои слова назад. Обещает увидеться завтра. Просит прощения в сотый раз. Извиняется. И я верю. Верю, потому что люблю.

Но через день Ной не звонит. И через два тоже.