Пикник в Вероне

Between The Italian’s Sheets Copyright © 2009 by Natalie Anderson

«Пикник в Вероне» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Он, само высокомерие, стоял прямо напротив. Рост баскетболиста и плечи игрока в регби. Человек-гора, яркий пример самца в наилучшей физической форме. Эмили пристально смотрела на него, вне себя от раздражения.

Так типично для мужчины. Как это все знакомо. Все как всегда.

И что хуже всего, он держал в руках один из тех ультрасовременных мобильных гаджетов, которые не только обеспечивают телефонные звонки, но и воспроизводят музыку, позволяют подключиться к Интернету, проводить видеосъемку. Словом, все. Он постоянно давил на кнопки, которые отвратительно пикали. Причем слишком громко. Увертюра вот-вот должна была начаться, и быстрая последовательность сигналов казалась Эмили невероятно неприятной.

Она многозначительно кашлянула.

Не для того она весь прошлый год работала, экономя каждый цент, чтобы купить себе и сестре билет в Италию и в эту чудесную оперу, чтобы предвкушение прекрасного за секунду было разрушено каким-то негодяем, который считает, что его жизнь важнее предстоящего спектакля, о котором она столько мечтала.

Эмили опять покашляла.

Слегка повернувшись и бросив на нее взгляд, этот тип продолжал давить на кнопки. Какофония трелей и фрагментов всем известных музыкальных произведений оборвалась, и оркестр затих. Затем прозвучала долгая нота гобоя, за которой последовали другие инструменты. Но остановило ли это его? Нет. Чистота музыки вдребезги разбивалась безжалостным пиканьем.

В любую минуту может выйти дирижер, и публика начнет аплодировать. Невыносимое пиканье не считалось с аплодисментами. Кроме того, за этим мужчиной ничего не было видно.

Эмили пристально посмотрела на него и еще раз покашляла. Его плечам было тесно в смокинге, он оттянул его рукой назад, подчеркивая сужение торса к талии и стройным бедрам, обозначив таким образом сильные мышцы под белой рубашкой и темными брюками. Он подошел со стороны супердорогих мест. При таком высоком росте его было трудно не заметить. Внимательнее посмотрев на него, она увидела аккуратно заправленную в брюки хлопковую рубашку, туго натянутую на животе без капли жира. Хорошо одетый, красивый, такой изысканный и свежий в этом жарком многолюдном месте. Ей казалось, что он подошел сюда, чтобы не побеспокоить кого-либо из своего элитарного общества, предпочитая мешать публике попроще на дешевых местах.

Мимо прошел официант, прокладывая путь сквозь толпу. Поскольку спектакль еще не начался, он истязал ее слух выкриками:

– Напитки! Вода! Кола! Белое вино! Красное вино! Напитки!

Нужно купить все эти напитки прямо сейчас. Жарко. Хочется пить. И ко всему прочему она раздражена.

На этот раз Эмили закашлялась по-настоящему.

Боже, ну где же Кэт? Почему так задерживается? Только ее маленькая сестричка могла захотеть в туалет прямо перед началом спектакля. Насколько Эмили знала, туалетов на старинной арене было немного, находились они далеко и очереди туда растягивались на века. Тем временем у нее пересохло во рту, и хотелось, чтобы колонна высотой в шесть с лишним футов, загораживающая центральную сцену, куда-нибудь отодвинулась. И наконец-то мужчина повернулся, держа гаджет прямо перед собой. Его улыбка была ослепительной, способной затмить яркую вспышку фотокамеры.

– По-вашему, сейчас подходящее время для фотосессии? – едко спросила она.

– Да, – кивнул он, улыбаясь как Чеширский кот, – мне нужна новая заставка на мобильный телефон. А передо мной исключительно живописное зрелище, не так ли?

– Мне кажется, «зрелище» находится за вашей спиной. Сцена, оркестр…

– Вы не правы. Истинная красота ночи прямо передо мной. – Положив телефон в карман, он смотрел на Эмили долгим, ленивым, откровенно оценивающим взглядом, который она почувствовала всем телом, от кончика носа до кончиков пальцев на ногах. Жара стала невыносимой. Эмили таяла, в буквальном смысле расплывалась у его ног. И, что самое глупое, ей хотелось быть одетой во что-нибудь более гламурное, чем дешевая хлопковая юбка и простенькая майка. В роскошное вечернее платье, например, и, в дополнение к нему, изысканные бриллиантовые украшения.

На самом деле она задыхалась, наполовину от смеха, наполовину от того, что запершило в горле.

Было слышно, как он подозвал пробегающего мимо официанта, быстро говоря по-итальянски. Она не понимала ни слова. Двое мужчин обменялись улыбками. И затем деньгами.

Незнакомец сделал шаг, отделявший его от сиденья Эмили, и предложил бутылку только что купленной воды.

– Для вас и вашего горла. Пожалуйста. – Он держал бутылку, спокойно дожидаясь, когда она ее возьмет.

Ну и что Эмили могла сделать? Притворяться раздраженной мегерой? Этого она не умела. Тем более опера еще не началась, а ее собеседник неожиданно улыбнулся по-настоящему искренне.