Пикник на Тенерифе [Пикник на Тенерифе. Король нищих. Святой в Голливуде. Бешеные деньги. Шантаж. Земля обетованная. Принцип Монте-Карло]

Саймон Темплер нажал до отказа на тормоз, когда громадный кремово-красный «Гирондел» проскочил мимо группы людей, усиленно выяснявших отношения. Покрышки завизжали по булыжной мостовой, и машина остановилась на обочине. Саймон откинулся на спинку сиденья, свесив наружу свои длинные ноги в безупречно скроенных брюках. Из-под небрежно надвинутой шляпы он любовался волнующей сценой, и голубые глаза пылали восторгом, что меньше всего подходило человеку, известному как Святой.

Рядом с ним сидел Хоппи Юниац. Повернув голову, насколько позволяла толстая шея, он также наблюдал за развитием событий с выдававшим напряженную работу мысли выражением на том неровном бугристом месте, которое можно было назвать лицом единственно по географическому признаку. Наконец вывод был сделан, и теперь он уже не мог хранить его в тайне.

— Босс, — заключил Юниац убежденно, — это похоже на драку.

— Это и есть драка, — удовлетворенно заметил Святой и легко соскочил на землю.

Пришел он к такому решению гораздо раньше и с гораздо меньшими усилиями. Когда фары «Гирондела» выхватили из темноты группу схватившихся людей, стало очевидно, что мирная тишина ночи нарушена выяснением отношений, включающим в себя разнообразные меры физического воздействия. Именно потому Святой мгновенно сбросил газ и нажал на тормоз. Единственное, что заставило его промедлить несколько мгновений, это невозможность сразу определить: имеет место тривиальная уличная драка, или же увиденное зрелище обладает некоторыми чертами, способными заинтересовать знатока.

В то время, как он сидел откинувшись на спинку сиденья, неясная масса копошащихся тел разделилась на две группы. В одной двое дородных мужчин явно старались выбить дух из третьего, чья шевелюра в тусклом свете фонаря отливала серебром. В другой группе, которая завершала картинку, еще один представитель сильного пола оттаскивал яростно сопротивлявшуюся девицу, которая явно пыталась помочь седому.

То ли нападавшие были так увлечены своим делом, что даже не заметили его машины, то ли они намеревались продолжать свое дело, пренебрегая случайным вмешательством посторонних, но по мере того, как Святой приближался к месту события, накал конфликта не затухал. Мужчина, боровшийся с девушкой, одной рукой зажимал ей рот, и как раз тут она ухитрилась укусить его за палец. Грязно выругавшись, он отдернул руку, дав девушке шанс позвать на помощь. Святой улыбнулся.

— Не так громко, дорогая, — пробормотал он, — Помощь уже подоспела.

Девушка определенно была красива, и за нее стоило побороться. Это Саймон заметил, когда нападавший развернул ее к себе спиной и укрылся ею, как щитом. Открытие тронуло нежные струны его артистической души: все так и должно быть — красавица в отчаянье, мерзкий негодяй должен получить по заслугам…

У Саймона Темплера появилось неодолимое желание соединить теорию с практикой, и Святой не видел, что могло бы помешать этому. Вот его кулак просвистел над ухом девушки, что-то мягкое хрустнуло под костяшками его пальцев, и стало ясно, что удар достиг цели. Удовлетворенный удачным началом, Саймон почувствовал легкий зуд во всем теле, наполнявший его душу невыразимым блаженством. Даже окружающий его мир стал чуть лучше и приветливей. Вот это была работенка!

— А теперь другой глазок, приятель, — сказал Святой.

Мужчина, отпустив девушку, нанес страшный удар ногой, но Саймон постигал искусство поединка там, где не было рефери, и выпад соперника, который любого мог оставить калекой, пришелся в пустоту. Когда нога нападавшего оказалась в высшей точке траектории, Святой с неподдельным энтузиазмом помог ей продолжить движение. Противник с воплем рухнул на спину, и, чтобы рассеять последние сомнения, Саймон помог его затылку еще раз приложиться к тротуару.

Дрожавшую девушку он взял за руку.

— Садитесь в мою машину. Вон эту, красно-желтую. А я заберу дядюшку…

Она какое-то время недоверчиво смотрела на него, казалось, еще не поняв, что он помог ей, и опасалась ловушки. Святой повернулся к свету. Должно быть, в его лице было что-то развеявшее ее сомнения, так что она кивнула и послушно направилась к машине.

В трех-четырех шагах от Саймона еще двое нападавших даром времени не теряли. Пожилой мужчина уже потерял сознание, и ясно было, что через несколько минут подобного обращения ему придет конец. Он рухнул на землю, как тряпичная кукла, запрокинутая голова свесилась с тротуара. Один из противников наступил ему коленом на грудь, второй же отвлекся, перестав молотить лежащего по ребрам, и повернулся к Святому, постаравшись достать его серией солидных ударов.