Пикантный аккорд для тихони

Заиграла громкая музыка, закладывая уши и смешиваясь с какофонией мыслей в голове. Но это нисколько не вызвало неприязни, наоборот — губы сами собой растянулись в улыбке. Опустив веки, неосознанно начала двигаться ей в такт, забывая обо всем на свете. Мне казалось, что есть только я и музыка. Тягучая мелодия словно обволакивала в своеобразный кокон, заставляя чувствовать себя под защитой. И каким-то неведомым мне образом, я захотела ей довериться, открыться и рассказать все, что так давно съедало меня изнутри… Но прозвучал очередной аккорд, чуть тише, тем самым ощутившийся острее предыдущих, и все затихло.

Я открыла глаза и посмотрела в сторону сцены, где и должен был находиться тот творец, сумевший захватить в плен мою душу еще даже не начав свою песню. Оступилась, чуть не выпустив из рук бокал с так и не пригубленным напитком. Из рта вырвался пораженный вдох и все замерло. Только лишь сердце внутри отбивало бешеный ритм.

Лукьян, Лука, Ян — его все называли по-разному. Кто-то боготворил, кто-то откровенно завидовал, другие же просто относились с равнодушием, как к очередному зазнавшемуся исполнителю. Я же…с первой нашей встречи, прониклась глубокой неприязнью. Настырный, самоуверенный — он всегда находил повод, чтобы поставить меня в неловкое положение. И отчего судьба так несправедлива, раз в первый мой поход в ночной клуб подстроила встречу именно с ним?

Но все негодование смыло волной смущения и последующей за ним злости, когда его пусть и светлый, но не менее глубокий взгляд, неожиданно зацепился за мой, затравленный и раздраженный. Секунда, две или три? Я потеряла счет времени того, насколько долго продолжалась наша война взглядов. И даже не сразу поняла, что весь зал, так же как и я, замер в предвкушении. Лукьян не заставил всех долго ждать, еле заметно усмехнувшись и иронично подмигнув мне, запел…

Его голос, такой тихий, глубокий и немного охриплый, завибрировал в колонках, погружая все окружающее пространство в атмосферу таинственности, вводя в состояние транса. Ни одна из преданных фанаток не посмела даже и рта открыть в восторженном визге. Все прониклись волшебным звучанием слов песни, что Лукьян написал…

…вместе со мной.

Но на этот раз все было иначе. Пусть я и знала каждую строчку, каждую метафору, а некоторые помогала подбирать сама — все совершенно точно было по-другому. Казалось, будто Лукьян поет эту песню для меня. Для каждой из здесь находящихся девиц, что совершенно точно почувствовали то же, что и я.

Заключительный аккорд. Затихание мелодии уже не слышно за восторгами зрителей, весь зал, словно взбесился.

— Ну, как тебе? Я же говорил, что не пожалеешь! — на мои плечи ложится рука Максима, и мне приходится оторвать взгляд от созерцания чуда. Волшебство рушится, погибая под натиском реальности.

Перевела взгляд на симпатичного парня, с которым вроде как у меня было выторгованное свидание, и сдержанно кивнула. Совсем забыла о нем. Максим улыбнулся, озаряя улыбкой темный зал и повел меня обратно к столику, где стояла уже знатно опустевшая бутылка с шампанским.

Но перед тем, как скрыться за завесой вип-места, что забронировал для нас студенческий приятель, я последний раз оглянулась из-за спины и послала горькую улыбку в сторону сцены. Лукьяна там уже не было.

Кое-как отделавшись от внимания преподавателя, вдела наушники обратно и нырнула в толпу студентов. Атмосфера общего безумия связанного с началом учебного года и недосып сказывались знатно: глаза то и дело норовились закрыться, а тело качало, словно корабль во время шторма, от любого толчка мимо проходящих людей. Пришлось приложить немало усилий, чтобы добраться до нужного крыла вуза. И стоило мне ступить на территорию одного из немногих пустующих коридоров, как вздох облегчения вырвался сам собой. Наушники тут же были убраны в карман — теперь это ни к чему.

И пусть гул голосов студентов был слышен и отсюда, но это не помешало мне всласть насладиться одиночеством. Порой оно необходимо.

Но вечно продолжаться так не могло. Когда я, обойдя несколько коридоров, свернула в последний, ведущий к нужной аудитории, возле которой еще не было одногруппников, навстречу мне вышла фигура.

Выглядела она довольно устрашающе. Это совершенно точно был парень, вероятно один из старшекурсников, не помню, чтобы я видела его у входа в толпе первашей. Несмотря на довольно высокий градус сентябрьской жары незнакомец был одет в кожаную куртку с какими-то нашивками и черные джинсовые штаны. Чем ближе он подходил, тем четче я могла рассмотреть его. Светлые волосы доходили ему до довольно-таки широких плеч, а на лице красовалось выражение полнейшей отрешенности — парень явно витал в своих мыслях. Тем не менее, он мне сразу показался пугающим.