Пьесы

Комната, в передней стене — ниша или короткий коридор, в конце которого — дверь.

Слева — окно, справа — проход на кухню или куда-то.

Посреди комнаты — длинный стол, за ним сидят Филипп, Лариса и Человек в халате.

Голос с улицы. Переход через улицу Шестопанова разрешен.

Филипп (смотрит в окно). Никого не видно.

Человек в халате. Не видно кого-то конкретно, ты хочешь сказать.

Филипп. Может быть, и кого-то конкретно.

Лариса. Ты мог бы назвать даже имя.

Филипп. Ну, Ипполит. А смысл?

Голос с улицы. Время перехода заканчивается.

Лариса. Иногда думаю, кто был этот Шестопанов. Может быть, генерал?

Филипп. Тогда она называлась бы «Улица генерала Шестопанова».

Лариса. Ты думаешь?

Филипп. Обязательно.

Человек в халате. Отсюда следует, что генерал отпадает.

Лариса. А мне хотелось, чтоб генерала.

Филипп. Не все ли равно?

Человек в халате. Я встречал одного зубного врача по фамилии Трезубов.

Голос с улицы. Переход через улицу Шестопанова разрешен.

Лариса. Тогда, может быть, это писатель. Писателей много.

Филипп. Я вообще никогда не задумывался над тем, чья это улица.

Лариса. Разрешен, разрешен, разрешен… Я тоже не задумывалась, пока под окном не поставили эту голосилку.

Голос с улицы. Время перехода заканчивается.

Лариса. А может быть, это врач, изобретатель, или другой известный человек. (Выходит.)

Филипп. Я и сейчас не задумываюсь (Подходит к окну, смотрит.)

Лариса (возвращаясь с чайником). Или не особенно известный, раз мы его не знаем.

Человек в халате. Можно считать, что он известен косвенно.

Лариса. Как это? (Начинает разливать чай по чашкам.)

Человек в халате. Мы знаем его имя, поэтому знаем как бы и его самого, не знаем только, кто он. Хотя даже если перед фамилией Шестопанов было написано «генерал» или «поэт», это, строго говоря, не много бы изменило. (Кладет себе кусок пирога, ест, пьет чай.) Получили бы мы единственно верный ответ на вопрос «кто?». Сомневаюсь. Потому что для кого-то он генерал, для кого-то поэт (нет причин, по которым одно и другое не могло бы иметь места одновременно, поэтому — представим). А для кого-то он, может быть, муж, для кого-то — любовник, для кого-то другого — сосед по дачному кооперативу, или начальник, или просто дядя. Этот другой так и ответит, когда вы его спросите: «Это мой дядя». Но такой ответ маловероятен в контексте названия улицы.

Голос с улицы. Переход через улицу Шестопанова разрешен.

Человек в халате. И даже если он действительно окажется дядя, то ведь не по этой причине его именем назвали улицу — и не это вы хотели узнать, спрашивая. Этот факт может быть разве что дополнительным бонусом к ответу. Хотя не исключена опять же возможность, что…

Филипп (прерывая говорящего). Мы что, собираемся распивать здесь чаи? Как будто ничего не произошло? (Подходит к окну, выглядывает.)

Лариса(продолжая разливать чай). А ничего и не произошло. Ничего еще только произойдет.

Филипп. Я не буду пить.

Лариса. Будешь, не будешь — твое дело. Но когда он придет, ты, наконец, скажешь ему…

Голос с улицы. Время перехода заканчивается.

Филипп. Заканчивается, заканчивается… Удобнее будет, если это ты ему скажешь.

Лариса. Не торгуйся, мы, кажется, с тобой обо всем договорились.

Филипп. Я думал, мы договорились, что именно ты.

Человек в халате. Иногда говорят «договорились», хотя, может быть, оно и близко к этому не лежало.

Лариса. Лежало, лежало…

Филипп. Может быть, он еще не придет сегодня.

Лариса. Лучше будет, если придет. Это как вырвать зуб — чем раньше, тем лучше.

Человек в халате. Однажды я встретил зубного врача, фамилия которого была Трезубов. А Трегубов был косметический хирург. Еще можно вспомнить фехтовальщика Кровопускова, антидопингового инспектора Дурманова.

Голос с улицы. Переход через улицу Шестопанова разрешен.

Человек в халате. Бывает, что фамилия прямо указывает на род занятий человека. И это случается чаще, чем вы думаете. Может быть, и сейчас нам удастся что-то извлечь из этого факта.

Филипп (подходя к окну). Это он. (Вглядывается.) Нет, не он.