Печенье на ёлку

Аня и Яня делали печенье. Особенное. Новогоднее. Которое вешать на ёлку.

Нашли рецепт, выложили на стол продукты, и приступили. Готовила Аня, а Яня помогала. Яня очень любит помогать. Крем попробовать или тарелку вылизать – а как ещё может помочь собачка.

И всё у них было дружно, пока не поссорились из-за шоколада. Аня уже вытащила противень с печеньями из духовки и решила приготовить шоколадную глазурь, а Яня решила съесть пару ложек глазури. Проверить, как получилось.

– Тебе нельзя шоколад! – строго сказала Аня.

– Я только попробовать, – заныла Яня.

– Но собакам нельзя шоколад.

– Я не собака, – возмутилась Яня.

– А кто же ты?

– Я пекарь, кондитер, пирожница, шоколадница. – Яня потянулась к ковшику с горячим шоколадом.

– Яня, ты же помнишь, что Полина сказала про шоколад? Для собак он ядовит, тебе его нельзя есть никогда. Полина ветеринар, она точно знает.

Аня посмотрела на мохнатую мордочку и отодвинула ковшик с глазурью подальше от края стола.

А Яня… А Яня её цапнула.

Аня сначала даже не поверила: – Ты меня укусила? Ты – меня?!

Аня так удивилась, что забыла обидеться. Как же так, это же её собака, друг человека, Аня человек, а Яня друг. И вдруг такое?..

Яня и сама не понимала, что это вдруг на неё нашло. Воспитанная взрослая собака, а ведёт себя как капризный щенок. Огрызается, кусается.

Неизвестно, чем бы закончилась выходка Яни, возможно, они впервые в жизни поругались бы с Аней. Если бы в этот момент на кухонном столе не появилась маленькая, словно игрушечная, женщина в коричневом платье. И вся она была коричневая. От неё исходил сильный запах корицы.

– Если будешь кусаться – превращу тебя в марципановую собачку и будешь ёлку украшать, – пообещала она Яне. И представилась Ане: – Тётушка Корица.

– Но меня же тогда съедят! – испугалась Яня.

– Не съедят, ты невкусная и шерстяная, – отмахнулась Тётушка Корица. – А если разок и укусят, так тебе полезно узнать на собственной шкуре, каково это, когда тебя кусают.

И вот тут бы надо было подумать хорошенько, но остановиться Яня уже не могла. «Превратит – значит, фея. Значит, палочка волшебная и может желанья исполнять. Значит, если я её сгрызу, то сама стану волшебной и смогу мои желания исполнять». И Яня кинулась на палочку и проглотила её, почти не жуя.

– Что за глупая собака! – изумилась Тётушка Корица. – Зачем ты это сделала?

– Чтобы волшебною стать.

– И что, стала?

Яня прислушалась к себе, осмотрела свои лапки и хвостик, и даже к зеркалу сбегала: – Вроде нет.

Тётушка Корица махнула рукой и вдруг из ниоткуда в её ладони появилась ещё одна палочка.

– Даже не думай, – предупредила она Яню.

И задумчиво посмотрела на печенье: – Что тут у нас? Корица, имбирь, гвоздика, кардамон. Хорошее тесто, вымесили правильно, формами нарезали аккуратно, дырочки для ленточек сделать не забыли. Жаль, крайне жаль. Хорошее было печенье.

– Было? – удивилась Аня. – Вот же оно.

– Теперь в нём нет смысла. Теперь оно не сработает. Весь твой труд зря.

– Почему? – расстроилась Аня. – Вы же сами сказали, что печенье я испекла правильно.

– Ты – да, а она, – Тётушка Корица показала на Яню, – нет.

Аня и Яня недоумевающе смотрели на неё.

– Печенье вешают на ёлку, потому что ель – это какое дерево? – подсказала Тётушка Корица.

– Рождественское, – ответила Аня.

– Новогоднее, – сказала Яня.

– Кому рождественское, кому новогоднее, но в любом случае – дерево доброго праздника. Печенье должно быть добрым. А для этого те, кто его готовит, тоже должны быть добрыми. А не кусаться.

И тут Яня совершила третью глупость. Мало того, что она цапнула Аню и съела палочку Тётушки Корицы, так теперь, вместо того, чтобы извиниться перед обеими и спросить, как исправить печенье, Яня запрыгнула на стол и укусила Тётушку Корицу. Вот уж поистине, когда начинаешь вредничать, трудно остановиться, и с каждым разом поступки всё хуже и хуже. И в то же мгновение Яня превратилась в собаку из марципана. Вот только что была живая настоящая собачка, а стала вкусняшечная.