Петрашевцы

Петрашевцы менее известны, чем декабристы, однако читатель, интересующийся отечественной историей, имеет некоторое представление об этой группе деятелей: знает имена, знает, что кружок Петрашевского занимался социалистической пропагандой и был разгромлен царским правительством в 1849 г. Но все разнообразие кружков петрашевцев (их было по крайней мере четыре) и ярких, талантливых личностей, непохожих друг на друга (а их несколько десятков), сложные взаимосвязи между кружками и между отдельными лицами, место и значение кружков петрашевцев в истории русского и мирового общественного движения — эти и им подобные аспекты оказываются, как правило, достоянием узкого круга специалистов.

Задача предлагаемой книги — дать широким слоям читателей относительно подробный очерк деятельности петрашевцев на фоне жизни России сороковых годов прошлого столетия и истории западно-европейских социалистических учений. Некоторые материалы и оценки впервые вводятся в научный оборот (см., например, далее характеристики участников группы П. Г. Шапошникова), но в целом автору можно было опираться на достаточно большой и содержательный круг публикаций и исследований, имеющий за собой более чем вековую историю.

Изучение жизни и деятельности петрашевцев началось чуть ли не сразу после их арестов: уже в 1851 г. Герцен вкратце рассказал о них в известной книге «О развитии революционных идей в России» и тогда же поручил эмигранту, бывшему петрашевцу В. А. Энгельсову написать для французского публициста и историка Ж. Мишле очерк о кружке Петрашевского. Заметка Энгельсова пролежала в архиве Мишле свыше полустолетия и была впервые опубликована в парижском журнале «Revue politique et litteraire. Revue bleu» (1908, № 13, 14). Так как она в публикации была Приписана Герцену, то вошла в его собрание сочинений под заглавием «Петрашевский»[1]; лишь в 1930-х годах ошибка была исправлена и на основании переписки Герцена с Энгельсовом восстановлено авторство последнего[2].

В конце 50-х и 60-х годах Герцен много материалов о петрашевцах (и статей самих петрашевцев) опубликовал в «Колоколе» и «Полярной звезде»[3].

С конца 1860-х годов и в России стали появляться сведения об их жизни и деятельности: некролог Петрашевского (1867), Толля (1867), Дурова (1869), воспоминания (в том числе известный очерк Ф. М. Достоевского в «Дневнике писателя» 1873 г.), научное исследование, включенное в труд А. Н. Пыпина «Характеристики литературных мнений от 20-х до 50-х годов» (Вестник Европы, 1873, № 7), роман петрашевца А. Пальма «Алексей Слободин» (СПб., 1873) — беллетризованное описание кружка Петрашевского.

Но лишь в 1907 г. В. М. Саблину удалось издать в России первый сборник материалов «Политические процессы николаевской эпохи. Петрашевцы» (издание составителя, Москва), куда вошли некоторые бумаги следственной комиссии, записки и речи М. В. Петрашевского, А. В. Ханыкова, Д. Д. Ахшарумова, рассказ Н. П. Григорьева «Солдатская беседа».

Хотя уже вскоре после смерти Николая I кто-то осмеливался тайком копировать секретные документы следствия и суда и пересылать их Герцену (по разысканиям Н. Я. Эйдельмана, это был, скорее всего, ученый-архивист А. Н. Афанасьев[4]), но впервые открыто работать в секретных архивах было разрешено после 1905 г. В. И. Семевскому, замечательному историку создавшему целую серию статей о петрашевцах; смерть в 1916 г. помешала довести ему до конца задуманное многотомное исследование. В 1922 г. в Москве в издательстве «Задруга» вышла в свет лишь первая часть его труда «М. В. Буташевич-Петрашевский и петрашевцы», подготовленная к печати В. В. Водовозовым. В остальные тома и части должны были войти статьи Семевского, опубликованные в разных дореволюционных журналах и сборниках[5]. Собрание всех этих работ Семевского — наиболее фундаментальное исследование о петрашевцах, до сих пор по обилию материала никем не превзойденное. Его отличает прекрасное знание архивных и печатных источников, умение изобразить широкую картину общественного движения эпохи, скрупулезно обрисовать отдельных деятелей. Семев-ский принципиально отказывался от социально-политических анализов и оценок, но этот недостаток компенсируется честным, четким преподнесением читателю максимально полного фактического материала, так что методологически подкованный читатель сам может сделать соответствующие выводы. Отдельные ошибки и неточности, встречающиеся в работах Семевского, связаны с незнанием фактов и текстов, которые будут обнародованы позднее, уже в советское время.