Петра

И вот я снова пишу. Кто бы мог подумать, что мне хватит сил на еще одно вдохновение. Порой человеку не сделать и вдоха, так съеживает нутро от боли. А мне выпала удача испытать целое ВДОХновение. И это после всего, что мне пришлось… Так поприветствуем его величество, вдохновение! Да нет, что я говорю. Всё не то и не так. Собственно, здороваться я никогда не умела правильно. Сколько меня не учили, как ни старались, а выдрессировать меня так и не получилось. Подумать только, ведь это целое искусство – правильно представлять себя и красиво уходить. А в промежутках между этими важными церемониями еще и жить успевать. Да еще жить так, чтобы на бело и без ошибок. Тяжела ноша, вы так не думаете? Никогда не думала, что после жизни в шикарном особняке в самом престижном районе Москвы, с целой армией прислуги, можно убежать в Богом забытую деревню, к полуграмотным людям и там обрести смысл жизни, смысл слов и их значения и не только…

И все-таки, забудьте всё, что прочли выше. Попробую начать по-другому.

Здравствуйте! Я – знаменитая писательница. Возможно, поздновато начала, поэтому всё время везёт писать бестселлеры. Не представляете, как сильно мне хотелось поразить редакторов, получить положительный ответ от них и увидеть вновь напечатанную книгу. И каждый раз это получалось. Да, моё имя у всех на слуху. Мне удалось пройти «проверку на гениальность» у вершителей судеб господ издателей – издателей. Всё было просто. Но не потому ли, что я писала о придуманном мире, в котором мне уютно жилось. А сейчас, смотря не без гордости на все свои книги, понимаю, что ничего не сказала читателю о себе. Что ж, возможно, поэтому и возникла идея написать книгу – этакую «исповедь под псевдонимом». «Псевдо имя» даёт мне свободу. Это даёт мне право говорить, что хочу, не оглядываясь на редакторов, не ожидая от этой работы колоссального успеха. Более того, я делаю это и из любопытства тоже. Интересно, важна ли читателю судьба человека такая, какая она есть без прикрас, без фантастических миров, по которым герои путешествуют с той же лёгкостью, с какой обезьяны прыгают с лианы на лиану. Отсутствие громкого имени, прав и обязанностей, развязывает руки.

Дубль три. Еще раз всем здравствуйте. Это я – писательница с, до неприличия развязанными, руками. В этой книге я хочу быть предельно откровенной с вами. Будут сцены, которые, априори я не должна была описывать. Будьте готовы к тому, что я расскажу не о выдуманном мире, не о вымышленных героях. Я расскажу всю правду о себе. Говорят, что выносить сор из избы нельзя, мол, семейные тайны, оказывается, должны быть похоронены заживо. Нет! Я так не хочу, не умею. Не хочу уметь. Так позвольте же мне быть откровенной. Пусть иногда чёрно – белой, иногда цветной… Не побоюсь быть и бесцветной. Так хочется быть! Настоящей! Главное не стать одной из тех, от кого я убежала. С самого рождения я хотела убежать от них… Только сделав это, я перестала быть Улиткой.

Сегодня Прощёное воскресенье. В этот день, как известно, принято просить прощения друг у друга. Не скрою, я всегда так делала. Мне нравилось искренне просить прощения, осознавать своё прощение и молить прощение у того, кого невольно обидела. И вот что я заметила: как правило, прощение просит тот, кто ни в помыслах, ни на деле не сделал вам ничего плохого. А тот, кто сделал – попросту отмалчивается. Наверное, таким людям проще думать, что они по-прежнему правы, и что ты по-прежнему, дурак. Нет, я не хочу сказать, что меня с детства окружали только льстецы и глупцы. Были и честные, но почему-то они по сравнению с остальными занимали такие низкие должности, что их честности почти не было заметно. Одетые в тяжёлые одежды, они, закрывшись на все свои пуговицы, прислуживали тем, кого принято считать сильными мира сего. Вот и я из семьи таких сильных… Мне повезло родиться на свет Божий, но не повезло родиться в семье, которую я хоть и думала, что любила, но… Которая не замечая сути, мечтала вылепить меня по своему подобию. Я должна была стать одной из них. Я родилась, чтобы стать одной из них. Но я успела. Я смогла убежать. В никуда. Впопыхах. Без оглядки. На последнем издыхании. Но всё-таки я обрела свободу. Потеряв всё, что у меня было, я нашла себя. А разве можно обрести свободу как-то иначе? Единственное, за что я благодарна им, так это за имя, которое мне дали при рождении. Пусть из оригинальности, этакого непреодолимого желания отличиться перед знакомыми индюшками и прочей мишурой, но меня назвали именно так, а не иначе. Я люблю своё имя. Меня зовут Петра.