Первый после бога

Запись № 006322.

Код «Южная Америка. Питер Шелтон».

Дата просмотра записи: 15 августа 2302 г.

Эксперт: Мохан Дхамендра Санджай Мадхури.

Темная волна в серебряных разводах пены приподняла «Амелию», и на миг показалось, что корабельные мачты проткнут затянувшую небо облачную пелену. Вода, заливая палубу, с шипением хлынула через шпигаты[1], жадно облизала доски, орудия, якорные цепи, ноги вахтенных и под хор проклятий откатилась в море. Корабль содрогнулся, застонал, вскрикнул, как человек под ударом бича; скрип дерева, хлопанье парусов и голоса людей сливались в симфонию страха. Ей аккомпанировал грохот валов, разбивающихся о скалы неприветливого берега. Этот край уже давно забыл о лете, и на клыкастых прибрежных утесах тут и там виднелся снег.

Снег! Питер Шелтон мог поставить гинею против фартинга[2], что большая часть его команды в жизни такого не наблюдала. Сам он трижды пересекал Атлантику, ходил в Плимут, Лондон и Роттердам и как-то попал в Северном море под снегопад. Валившие с неба хлопья, что тут же таяли в ладонях, мнились чудом, божьим наказанием или происками дьявола, но Батлер сказал, что для северных широт это дело обычное. На то он, мол, и север, чтобы сыпать снегом и покрывать моря и реки льдом… Но сейчас они были на юге! На таком далеком юге, что едва ли дюжина судов плавала когда-нибудь в этом проклятом проливе, открытом некогда португальцем Магелланом! Впрочем, подумал Шелтон с философским смирением, всё в руке Господа, и если ему пожелалось, чтобы юг походил на север, спорить не приходится. И удивляться тоже – не более, чем при мысли о том, что Земля кругла, словно апельсин.

«Амелия», бриг доброй плимутской постройки, девятый день шла под кливерами, медленно прокладывая путь в этих опасных водах. За нею, повторяя каждый маневр Шелтона, плыли «Радость холостяка» и «Пилигрим». Их голые мачты и реи, покорные движению волн, прыгали вверх-вниз на фоне серых облаков, пушечные порты были задраены, а фигурки мореходов, суетившихся на палубах, казались мурашами, облепившими в поисках спасения древесную щепку. Оба фрегата принадлежали Дэвису, признанному вожаку флотилии – во всяком случае, пушек и людей у него было больше, чем у других капитанов. По этой причине его суда двигались сразу за «Амелией», игравшей роль проводника, а дальше раскачивались на волнах «Утенок» Свана и большой барк Таунли. Корабли Кука, Рикса и Бамфилда, а также барк «Три песо» и шлюп «Москит» Питер вообще не видел и мог лишь надеяться, что они идут в кильватерном строю, не приближаясь к скалистым берегам.

Батлер, первый помощник, стоявший рядом с Шелтоном на квартердеке, повернул к нему суровое лицо.

– Вздернем грота-трисель, капитан? На такой волне рулить будет надежнее и быстрее выберемся из этой чертовой щели.

Шелтон на секунду задумался, потом покачал головой.

– Нет. Сейчас мы идем так, как плыл когда-то сэр Френсис[3]. Я не стану рисковать, Дерек.

Батлер насупил брови, и его лоб прорезала вертикальная морщина.

– Пожалуй, ты прав. Где спешка, там убытки.

В убытках старый моряк разбирался неплохо – плавал с Морганом, Олоне и прочими великими людьми, а в компанию «Шелтон и Кромби» пришел с пустым карманом. Зато в мореходном искусстве равных ему не было. Половине того, что знал и умел капитан Питер Шелтон, он научился у Батлера.

«Амелию» снова швырнуло к небесам. Тоннаж у брига был солидный, трюмы забиты порохом, мукой и солониной, десять пушек на борту и молодцов в команде больше пяти дюжин… Но волны играли кораблем, точно сухой кокосовой скорлупкой.

Взглянув на небо, Батлер почтительно перекрестился и пробормотал:

– Хвала Творцу, что бури нет и ветер слабый. Не то…

Поток воды захлестнул палубу, снова вызвав крики, проклятия и ругань. Особенно изощрялся Ник Макдональд, рыжий ирландец. Он вопил, кашлял, хрипел, пока боцман не сунул ему под нос кулак. Ника и семнадцать других головорезов наняли в Порт-Ройяле на случай драки с испанцами, и была эта братия буйной, хвастливой и на язык невоздержанной. Шелтон богохульства не любил. Люди, плававшие с ним годами, это знали, как и то, что гневить капитана лучше не стоит.