Пермский Губернский 4. Виват

Местные люди обожали всё хуманизировать. Особенно, в этом плане отличились азиаты… Но, там народ специфический. Самобытный.

Но мне стало интересно, а каким человеком была бы Пермь?

Почему-то, в голове рисовался образ соседского паренька. Уже взрослого по человеческим меркам. Эдак, чуть за тридцать.

Он всегда улыбчивый и довольно свойский по общению. Обожает рассказывать свои байки на лестничной площадке, когда вы случайно пересекаетесь на перекуре. И ты слушаешь, прищурив один глаз. Улыбаешься. Ведь в его историях, столько иронии. Столько бытовой жизненности. Драмы. И даже, чего-то философски глубокого…

Для тебя это, скорее игра. Что-то типа: «Угадай, где правда, а где ложь…» Но играть с ним бессмысленно. Ведь ты — никогда не выиграешь. Уж больно этот парень убедителен.

Но не смотря на свою простоту, он может внезапно попасться тебе в модном клубе. В дорогом ресторане. Или же в театре.

Иногда этот парень был одет в самые дешёвые домашние шмотки, типа прожжённого махрового халата, майки-алкашки и тёмно-синих треников с растянутыми коленками. А порой он одевался в стильный деловой костюм. Или же модную куртку от популярного бренда.

И сложно было сказать, кто он… Чем занимается? И, главное — почему он такой разный?

Пермь была очаровательным городом.

Очень дружелюбным и свойским, но только в том случае, если ты сам такой. Негатив Пермь не любила и относилась к нему с опаской… Если, что-то и происходило, то всегда выставлялось на всеобщее обозрение, как великий позор.

Что же касается населения?

Пермь — город молодых.

Местных парней можно было охарактеризовать, как очень воспитанных, благородных, но в тоже время весьма зажиточных гномов из сказок Толкина. А девушки же, зачастую, были прекрасными эльфийками. Но со своими тараканами…

А ещё в Перми всегда была своя атмосфера. Ярким солнечным днём она представала, как стильный мегаполис с пёстрыми высотками, футуристичными торговыми центрами и просто невероятным количеством различных предприятий, что подобно крепостным стенам окружали город.

Дороги, загруженные под завязку, больше напоминали длинные артерии, по которым словно кровь, циркулировали автомобили. Изредка их путь преграждали грохочущие трамваи и вальяжные пешеходы.

Ночью Пермь превращалась в легкомысленную и слегка ветреную девицу. Всё вокруг светилось сотнями тысяч ярких огоньков! А вывески различных кафешек гостеприимно приглашали заплутавшего усталого клерка на чашечку кофе или крепкого чёрного чая.

В глубинах центральной части шумели клубы. Иногда, в пять часов утра, можно было увидеть, как натанцевавшаяся молодёжь кучкуется, а затем неспешно возвращается домой.

Дорогие рестораны манили своим лоском. А многочисленные кальянки зачаровывали сладкими и слегка химическими ароматами из приоткрытых дверей и окон.

Пермские улицы успокаивались лишь ночью. Да и то — всего на пару часов. Изредка можно было встретить суетливого бомбилу, что пролетал на красный цвет на своей новенькой «Гранте» в районе ЦУМа. Или же одинокий пассажирский автобус, приехавший непонятно, откуда.

Но меня больше поражало то, насколько же этот город был прокачен в плане «теневой жизни». Казалось, что здесь можно было найти абсолютно всё!

— Ядерное оружие не обещаю… — загадочно произнёс Шмель: — Но боевых роботов, думаю, надыбать сможем.

— Ага… — я с подозрением посмотрел на заклинателя кода: — А этот ваш Перк… Он, вообще, кто?

— Торговец. Как и большинство богатых людей. Знаешь, в современном мире зарабатывает не производитель, а продавец. — ответил Шмель: — Именно поэтому, вы — производственники, никогда не достигните уровня корпоратов.

— Тон сбавь. — порекомендовал я.