Перевоплощение и карма их значение для культуры современности

К замечаниям, которые мы сделали относительно духовных фактов и существ высших миров на лекциях, прерванных нашим общим собранием, хорошо будет добавить нечто такое, что поможет нам понять вещи, связанные с современным развитием человечества. Если размышления, которыми мы занимались осенью прошлого года, должны были ввести нас скорее в процессы, происходящие в пределах вышних иерархий, то сегодня мы рассмотрим вещи, относящиеся к людям и потому более близкие нам.

Человек, уже некоторое время знакомый с антропософией и усвоивший основные понятия о реинкарнации и карме, а также другие истины, относящиеся к человечеству и его развитию, вполне может задать вопрос: почему так трудно прийти к непосредственному, настоящему воззрению на ту сущность в человеке, которая проходит через повторные земные жизни, то есть на ту сущность, при все более и более близком знакомстве с которой прояснились бы естественным образом и тайны повторных земных жизней и самой кармы?

Тут, однако, следует сказать: все, что связано именно с этим вопросом, обычно воспринимают совершенно превратно. Понять эти вещи человек прежде всего пытается при помощи обычного мира мыслей, при помощи обыденного рассудка, что вполне естественно. И он спрашивает себя: в какой мере можно найти в фактах жизни основания для уверенности, что истинно воззрение, согласно которому земные жизни повторяются и существует карма?

В таких попытках человек может, правда, достичь определенной точки, опираясь преимущественно на размышления, но все же это будет только достижением определенной точки. Ибо наш умственный мир с наличными его свойствами полностью зависит от тех образований общей человеческой организации, ограниченной лишь одной инкарнацией, которые мы получаем именно через уделение нам этой определенной организации на время нашей человеческой жизни между рождением и смертью. И вот от этой организации, точнее даже от особого устройства физического тела и тела эфирного, которое ведь превосходит физическое лишь на одну ступень, зависит все, что мы можем назвать миром наших мыслей. И чем более проницательны эти мысли, чем больше они способны заниматься абстрактными истинами, тем больше эти мысли зависят от внешней, ограниченной лишь одной инкарнацией организации человека. Мы можем понять это уже из того, что, как уже неоднократно говорилось, из всего, что мы переживаем в душе, как раз наши мысли мы менее всего в состоянии взять с собою в жизнь между смертью и новым рождением, то есть в духовную жизнь. Таким образом, именно из того, что мы изощреннее всего придумываем, нам приходится больше всего оставить здесь. Можно буквально спросить: что слагает человек, проходя через врата смерти? Прежде всего свое физическое тело. Но и из того, что составляет его внутренний мир, человек слагает нечто почти столь же полно, почти без остатка — те абстрактные идеи, которые он создал в своей душе. Проходя через врата смерти, человек менее всего способен взять с собою две вещи — физическое тело и абстрактные, можно даже сказать, научные мысли. Относительно легко человек берет с собою свои склонности, влечения, желания, такими, как они сформировались здесь, а особенно свои привычки; берет он с собою также природу и своеобразие своих волевых импульсов. Но менее всего он может взять с собою свои мысли.

Из того, что мысли так тесно связаны с внешней организацией, уже можно заключить, что они не являются вполне пригодным инструментом для проникновения в тайны реинкарнации и кармы, которые являются истинами, выходящими за пределы отдельного воплощения. Но до определенного пункта дойти все-таки можно, и даже нужно сформировать свое мышление до этого определенного пункта, если есть желание теоретически понять реинкарнацию и карму. То, что можно сказать об этом, в сущности, уже сказано либо в главе о реинкарнации и карме в "Теософии", либо в небольшой работе "Реинкарнация и карма: представления, необходимые с позиций современного естествознания". К тому, что сказано в этих двух работах, вряд ли можно добавить многое.

Нас сегодня должно занимать не то, что еще может добавить ум, но другое: как же прийти к определенному воззрению на реинкарнацию и карму, то есть к воззрению, более ценному, нежели просто теоретическая убежденность, которое может дать своего рода внутреннюю уверенность в том, что подлинное духовно-душевное наше ядро пришло из прежней жизни и перейдет в новую жизнь?