Перерожденный грех (ЛП)

— Варги должны умереть.

Син расхаживала по главному залу своего логова убийц, напряженно пытаясь осмыслить слова Бальтазара. Посланник Гильдии наёмных убийц стоял у холодного очага, держа в вытянутой руке свиток пергамента. Син выхватила свёрток у Низула, рост которого составлял футов семь, без учета его ботинок в готическом стиле. А с ними он вообще возвышался над Син, по меньшей мере, на два с половиной фута. Однако посланник Гильдии её не пугал. Син убивала демонов и покрупнее.

— Восемь? — уточнила она. — Восемь оборотней за раз?

Бальтазар кивнул. Его белоснежные волосы длиною до плеч были заправлены за остроконечные уши. Низул, так или иначе, были красивой расой, чья внешность смахивала на эльфийскую.

— Всю стаю.

Включая двухлетнего детёныша. Син бросила взгляд на скрытого тенью молчаливого мужчину, стоявшего в углу комнаты. Лукас, её единственный наёмник-варг, напоминал каменную статую. Его ничуть не смущало, что контракт прервёт жизни нескольких членов его народа. Не то, чтобы Син ожидала от него нерешительности. Лукас был профессионалом — холодным, искусным и беспощадным.

Подавив рвущееся ругательство, Син перестала мерить шагами комнату. Она не могла позволить себе нервозности или брезгливости. Гильдия, следящая за малейшими признаками слабости, воспользуется любым предлогом, чтобы раздавить Син и забрать себе её наёмников. Сейчас она должна проявлять больше безжалостности, чем когда-либо, потому что за три недели с тех пор, как стала мастером наёмных убийц, уже отказалась от дюжины контрактов.

Она изучила детали контракта, нацарапанного на пергаменте по-шеульски.

— Кому ещё предложена эта работа?

— Ты же знаешь, я не могу тебе сказать. — Рубиновые губы Бальтазара расплылись в похотливой улыбке. — Но если используешь на мне некоторые свои таланты суккуба, я в порыве страсти позволю нескольким именам сорваться с моих уст.

Как ни печально, она действительно испытала искушение трахнуть ублюдка, чтобы выудить из него нужную информацию. Син требовалось предложить свою цену, но с гарантией, что кто-то другой перебьёт её и отберет контракт. Сведения о конкурентах, предлагающих свои ставки, помогли бы определиться с суммой.

— Я бы посоветовала тебе катиться в ад, Бальтазар, но, уверена, ты и так владеешь большей его частью. — Нитулы были богатыми работорговцами, чьи владения включали в себя огромные территории Шеула, а будучи мастером-наемником низшего порядка, Бальтазар определенно двигался к тому же.

— Дет согласился бы на мое предложение, — промурлыкал он.

— Я бы этим не хвасталась, — Син изучила кольцо на указательном пальце своей левой руки, которое принадлежало ее мертвому боссу. — Дет трахнул бы даже колючую адскую крысу, если бы смог поймать хоть одну.

Бальтазар рассмеялся и направился к Син, двигаясь плавно, как змея.

— Твои наемники-рабы становятся беспокойными, полукровка. Неужели человеческая мораль мешает тебе ими управлять?

— У меня нет морали, — фыркнула Син. Возможно, та испарилась еще раньше, чем Син обнаружила, что родилась демоном. Но все прежние деяния, совершенные ею как по принуждению, так и добровольно, откололись от ее сердца и души, в которых теперь мало что осталось.

По крайней мере, до тех пор, пока она не наслала чуму, убивающую оборотней по всему миру. Что-то в этом происшествии всколыхнуло ее эмоции, подвергнув сожалению, которое застряло в ней, как камешек в ботинке.

А потом последовало таинственное увеличение заказов на устранение оборотней — или варгов, как они себя называли — и Син с трудом сбивала цены на контракты, по условиям которых пришлось бы выставлять против варгов своих наемников.

Она и без того уже убивала их десятками, даже не прикасаясь.

Син рассеянно потерла правую руку, отметив разницу температур между обнаженной кожей и резкими линиями татуировки, появившейся, когда ей исполнилось двадцать. Родовая метка — отцовская история ее демонского наследия — появилось вкупе с бушующим либидо и способностью передавать вместе с прикосновением болезнь, убивавшую за считанные минуты. Как бы отстойно это ни было, ее брату-близнецу Лору не повезло еще больше. Син хотя бы умела контролировать свой "дар". Лор же не мог прикоснуться ни к кому, кроме братьев, сестер и своей пары, не прикончив их.

— Ну, так что? — Бальтазар хрустнул костяшками пальцев, и этот раздражающий звук эхом отразился от гладких каменных стен зала. — Сделаешь свою ставку или позволишь рабам поднять мятеж?

Благодаря связи, соединяющей ее с рабами-наемниками через кольцо хозяина, они не могли поднять на нее руку… по крайней мере, пока Син оставалась в своем логове или в штаб-квартирах Гильдии наемников, или в месте, защищенном от насилия, например, в подземной больнице. Но они могли напасть в любом другом месте, в Шеуле или на поверхности земли, в человеческом мире… вот почему хозяева наемных убийц редко покидали свои логова.